– Нет, – ответил Мейзан, озадаченный таким вопросом.
Айна покраснела и, ничего не ответив, стала дальше практиковать оглушающие лучи.
– У тебя никогда не было братьев и сестер? – не унимался Аранель. – Кузенов? Членов семьи, которые…
– Нет, – коротко ответил Мейзан.
Его родители бежали из Канджаллена после его рождения, и хотя в клане было несколько человек, близких ему по возрасту, никто из них не был ему кровным родственником.
– Что ж… – Аранель выглядел довольно неловко. – Тогда, смею предположить, никто из вас никогда не чувствовал… будто вы делаете недостаточно.
– Ты действительно собираешься спросить меня об этом? – пробормотала Айна, когда ее оглушающий луч исчез, как только она его выпустила.
– Недостаточно? – спросил Мейзан. – Ты в полном порядке и можешь сражаться. Что тебе еще нужно?
Он ожидал, что Аранель снова набросится на него, но угрюмое выражение лица майани просветлело. Аранель принялся расспрашивать у Айны о методах эффективного использования хитронов, и только когда на поляну без предупреждения вышла Зенира, он замолчал.
«Почему она здесь? – Рука Мейзана тут же потянулась к мечу. – Узнала об Аранеле? Пришла наказать его? Или… она здесь, чтобы наказать
В Канджаллене предателям выкалывали оба глаза. Или один – если вождь был щедр.
– Сегодня я буду руководить тренировками, – сказала Зенира, и Мейзан почувствовал облегчение. – Вашим наставникам нужно сосредоточиться на своих собственных тренировках, ведь скоро они отправятся на задание.
– В одну из деревень балансиров? – сразу же спросил Аранель. – Куда? Что они собираются делать?
Мейзан с трудом удержался от желания рассмеяться. Ну какой из Аранеля шпион? В каком отчаянном положении были Хранители, если отправили на это задание его?
– Мы еще обговариваем детали, – ответила Зенира. – И тебе лучше не знать об этом. Сегодня я планирую обучить вас тому, что, как я полагаю, заинтересует вас гораздо больше, чем деревни.
– О… И что же это будет?
– Новая техника, – объявила Зенира. – Полная проекция души.
Для Мейзана эти слова ничего не значили, но Аранель начал водить круги пальцем по ладони, как делал это обычно по своей странной навязчивой привычке.
– Это запрещенная техника, – промямлил он. – Хранители объявили ее вне закона много веков назад.
Зенира усмехнулась:
– Ты же понимаешь, Аранель, что мы, балансиры, не слишком заботимся о том, что Хранители запрещают или объявляют вне закона.
Она повернулась к Мейзану и Айне и сказала:
– Вы привыкли к частичной проекции души – выплескиванию части хитронов за пределы своего тела каждый раз, когда взаимодействуете с окружающей средой. Полная проекция – это еще один шаг вперед. Она включает в себя выброс всей вашей души, до последнего хитрона, за пределы тела, например в небо. Или в камень. При успешной полной проекции ваше тело погружается в коматозное состояние, но сразу после возвращения души ваше сознание вернется и тело придет в норму.
– А почему, – спросил Мейзан, – вы учите нас запихивать души в камни?
Если остальные техники балансиров были полезны, то эту он никак не мог понять.
На его вопрос Зенира взмахнула рукой. Один из клинков Мейзана вылетел из ножен и на долю секунды завис у него перед глазами, прежде чем вонзиться в его кейзу.
Голову Мейзана пронзила жгучая боль. Он зашипел и в гневе повернулся к Зенире:
– Что это, черт подери, было?
Справа от него Айна и Аранель рухнули на колени: в их кейзах торчали ножи.
– Неужели это необходимо? – выдохнул Аранель.
– Попробуй прибегнуть к ченнелингу, – сказала Зенира. – Призови свои хитроны. Используй их, чтобы исцелить себя, ранить меня, сделать все, что нужно, чтобы выбраться из этой ситуации.
Все еще не понимая цели этого упражнения, Мейзан стиснул зубы от боли, решив воспользоваться хитронами.
Ничего…
Он попробовал снова, повторяя слова, которым их научил Хиравал: «Очистите свой разум. Опустошите сердце. Призовите свою душу».
И все равно ничего. Каждый раз, когда Мейзан пытался активировать свои хитроны, боль не давала ему это сделать, словно шипами пронзая череп. Лишь когда Зенира положила теплую ладонь ему на лоб, выдернула нож и вылечила рану, боль начала утихать.
Но даже когда боль утихла, хитроны Мейзана не поддавались ему, и любая попытка контролировать их напоминала высасывание воды из пустого колодца.
– Что ты сделала? – прохрипел Аранель.
– Я заглушила твои хитроны, – сказала Зенира. Она взмахнула руками, и ножи, вонзившиеся в Айну и Аранеля, упали на землю. – Пронзив кейзу, вы подавите ее функцию. Даже если препятствие будет устранено, пройдет несколько часов, прежде чем вы восстановите полный контроль над своими хитронами. В это время вас легко схватят враждебные кланы или, что еще хуже, солдаты Калдрава… – Ее голос стал тише. – У этих солдат… свои методы. Методы, призванные разрушить рассудок, обратить каждую мысль во мрак. Методы, способные сокрушить даже самого чистого балансира.
