В этот момент она услышала негромкое пение, доносившееся из приоткрытой двери, ведущей во внутренние помещения. Пела женщина, но слов было не разобрать. Недолго думая Тайна боком прошла между двумя близко стоявшими картинами и приблизилась к двери.
Если вестибюль практически пустовал, то комната, куда заглянула Тайна, – наоборот. Многочисленные столы, сплошь в пятнах краски, были завалены тюбиками, заставлены какими-то баночками и коробками, из которых торчали кисти и мастихины. У голых стен штабелями громоздились деревянные рамы и натянутые на подрамники серые холсты, которых еще не коснулась краска; на мольбертах стояли недописанные картины. Под каждым из трех больших окон располагалась чугунная батарея, но, похоже, отопление не работало. От стен, покрытых зернистой штукатуркой, веяло сыростью, в прохладном воздухе пахло масляными красками, лаком, ацетоном и еще не пойми чем.
Возле самого большого мольберта, вполоборота к Тайне, стояла высокая женщина. Ее длинные темные волосы были растрепаны, джинсовый комбинезон и мужская клетчатая рубашка измазаны краской. Она водила кистью по холсту и напевала что-то про волчка, который укусит за бочок. Ее голос отражался от голых стен и высокого потолка.
– Здравствуйте, – произнесла Тайна, переступая порог. – Я вам не помешаю?
Женщина осеклась и, странно наклонив голову набок, посмотрела на гостью.
– Меня зовут Тайна. Я хотела задать вам несколько вопросов. Это очень важно.
– Каких вопросов? – спросила художница, продолжая водить кистью вверх-вниз, хотя ворс уже не касался холста.
– Это, наверное, покажется невежливым, – осторожно начала Тайна, – но я хочу поговорить о погибших детях. Ваша дочь была первой, верно? Я пытаюсь остановить того, кто убивает детей.
– Его не остановишь, – произнесла женщина. – Злой-человек-на-крыльях будет делать это снова и снова.
– Так вы знаете про него?
– Конечно. Это я рассказала Агате про чудовище с мешком, которое прилетает к непослушным детям. Я же не думала, что Злой-человек-на-крыльях действительно прилетит. Он сожрал мою девочку, только голову оставил. Я нашла ее на песочнице.
– Мне очень жаль, – сказала Тайна.
– Я не хотела отдавать им Агату, но эти люди ее отобрали, – пожаловалась художница, глядя мимо Тайны и чему-то улыбаясь. – Я кричала и обещала их поубивать, но они все равно ее забрали, вырвали у меня из рук. И увезли на машине с мигалками. Они увезли то, что осталось от моей девочки…
– И все-таки я думаю, Злого-человека-на-крыльях можно убить, – сказала Тайна, пытаясь направить разговор в нужное русло.
– Сначала надо предупредить всех родителей, – посоветовала женщина, делая круглые глаза. – Ввести комендантский час. Распечатать портрет Злого-человека-на-крыльях и развесить на стендах «Их разыскивает милиция!».
– Думаете, это поможет? – усомнилась Тайна.
– Еще бы! Для этого я и пытаюсь нарисовать Злого-человека-на-крыльях, но у меня плохо получается. Нет вдохновения, а может, я просто разучилась…
– Можно посмотреть?
– Конечно!
Художница сделала шаг в сторону.
Тайна приблизилась к мольберту. Стоявший на нем холст оказался чистым, даже не загрунтованным. Да и кисточка, которую мать погибшей Агаты держала в руках, была сухой.
– Что здесь происходит? Вы кто?
Тайна обернулась на голос и увидела в дверях крупного рыжебородого мужчину в мятых джинсах и свободном свитере с закатанными рукавами. Он оглядел Тайну с ног до головы и остановил взгляд на ее измазанных коричневой грязью штанинах.
– Дорогой, я показывала этой девочке свою картину, – веселым голосом сообщила художница. – Мы говорили про Злого-человека-на-крыльях!
Мужчина молча пересек комнату, схватил Тайну за шиворот и поволок к выходу.
– Я не сделала ничего плохого, – запротестовала та.
– Еще раз увижу тебя рядом с мастерской, брошу в озеро!
С этими словами отец Агаты распахнул входную дверь и вытолкал Тайну прочь. Пробежав по инерции несколько метров, она перешла на шаг, а потом остановилась и бросила взгляд на мастерскую, откуда ее столь невежливо попросили. Дверь была закрыта.
– Ну и пожалуйста, – пробормотала Тайна, одергивая куртку.
– За что папа вас вышвырнул?
Тайна оглянулась и увидела рыжеволосого мальчишку лет одиннадцати.
– За шиворот.
– Это и так понятно. А что вы такого сделали?
– Я задавала вопросы. Спрашивала про Злого-человека-на-крыльях.
– Ого! – Мальчик понимающе покивал. – Тогда неудивительно! Меня, кстати, зовут Айвазовский, для друзей – Эйс, как в фильме про Эйса Вентуру. Я знаю, что для всех нормальных людей Айвазовский – это фамилия, но отец, когда выбирал имя, решил выпендриться. Мне крупно повезло, что его любимый художник – не Петров-Водкин!
Эйс, одетый в джинсы и синюю ветровку, был куда общительнее своего отца. Тайна решила, что уж если с кем и говорить о Злом-человеке-на-крыльях, так это с ним.
– Меня зовут Тайна.
– Тоже странное имя! – обрадовался Эйс. – И как тебе с ним живется?
– Не жалуюсь, – пожала плечами девушка. – А твою сестру звали Агата, да?
– Ну да. У нее было нормальное имя, потому что его мама выбирала.
