– Когда погиб первый ребенок, его родители пришли ко мне. Я гадаю на картах и на кофейной гуще, и они хотели знать, кто убил их девочку.
– Ее убили? – спросила Тайна. – Или она выпала из окна?
– Все, что от нее осталось, – это голова. Только это и похоронили. Как по-твоему, это похоже на смерть от падения?
– И что сказали карты?
– Ничего конкретного, – развела руками тетя Устинья. – Словно что-то мешало гаданию, путало карты. Тогда я решила спросить у кофейной гущи. Сварила кофе и дала его выпить матери той девочки, все как положено. Когда на дне остался один осадок, мы заглянули в чашку. И знаешь, там была рожа. Страшная зубастая рожа.
– С круглыми глазами, – сказала Тайна.
– Да, именно так, – кивнула ведьма, странно посмотрев на девушку. – Та женщина, когда заглянула в чашку, сознание потеряла. Упала прямо здесь, между столом и холодильником. А ее муж сказал, что это я подстроила. Что это был какой-то трюк с чашкой. В общем, они ушли недовольными.
– А где убили ту девочку? – спросила Тайна, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку.
– На Стахановской. Голову нашли на детской площадке. Говорят, вся песочница пропиталась кровью…
Спустя пятнадцать минут Тайна шагала знакомой дорогой в район, где жил Леня со своими родителями и в котором, как выяснилось, произошло первое убийство. Она собиралась еще раз осмотреть детскую площадку, но заметила возле дома своих нанимателей странное столпотворение. Там, где сходились две многоэтажки, стояла белая карета скорой помощи, а рядом – две милицейские машины. Собравшиеся вокруг люди переговаривались и вытягивали шеи, словно пытались что-то разглядеть в проулке между домами. Тайна подошла ближе и увидела желтую заградительную ленту, за которую не пускали никого, кроме врачей и милиции. На ее глазах двое санитаров вытащили из скорой помощи носилки и направились к проулку. Услышав всхлипывания, Тайна протолкнулась сквозь толпу и увидела Жанну Эдуардовну в пальто, накинутом поверх домашнего халата. Волосы у нее были взъерошены, лицо опухло. Ее бритоголовый муж, сейчас одетый в спортивный костюм, стоял рядом, и его мясистое лицо напоминало застывшую посмертную маску.
– Что случилось? – спросила Тайна.
– Я только на секунду отошла, – сказала Жанна Эдуардовна, тараща на нее заплаканные безумные глаза. – Он капризничал, не хотел есть кашу… А я только на секунду отошла…
Из проулка показались санитары. На носилках лежал черный пластиковый пакет, застегнутый на молнию. Мама Лени, любившего вареные сосиски и «Охотников за привидениями», а теперь мертвого, вскрикнула и рванулась к заградительной ленте, но муж схватил ее за плечи.
Тайна развернулась и покинула место трагедии. Она не стала заходить на детскую площадку, а вернулась домой и легла на кровать. Так она и лежала, глядя в потолок, сначала в тусклом свете, льющемся из окна, а потом в темноте, пока не вернулась Вера.
– Привет! Не спишь? – Ведьма остановилась посреди комнаты и посмотрела на подругу. – Тайна! Что случилось?
– Леня умер. Выпал из окна.
– Что? Тот мальчик, у которого ты вчера была? Вот черт!..
Тайна спустила ноги с кровати и посмотрела на Веру.
– Да, тот мальчик.
– Ты что, расстроилась? – спросила Вера. – Господи, что я несу, конечно ты расстроилась! Это же просто ужасно… но мы с этим разберемся.
– С этим невозможно разобраться, – сказала Тайна. – Если кто-то умер, с этим уже не разберешься.
Вера подошла к подруге, села рядом и обняла ее за плечи.
– Ты же не винишь в этом себя? Ты ни в чем не виновата, за ним должны были смотреть его родители.
– Это и моя вина тоже. Я была… – Тайна на секунду замолчала, подбирая нужное слово, – самодовольной. Хвасталась, рассказывала, как спасла тебя и всех этих детей в приюте. И обещала, что его тоже спасу. А теперь он умер, и я нарушила обещание.
Вера притянула Тайну к себе и заключила в объятия. Где-то тикали часы, из-за стены слышалось приглушенное бормотание телевизора. Девушки сидели несколько минут не шевелясь, пока в животе у Тайны не заурчало.
– Ты что, ничего не ела? – спросила Вера, отстраняясь. – Ты это у меня прекращай! Идем-ка на кухню!
Впервые за долгое время Тайна ела без аппетита, просто отправляла куски в рот, жевала и глотала, не чувствуя вкуса.
Утром Вера поставила перед Тайной сковородку с яичницей, рядом положила какую-то бумажку и строго произнесла:
– Так, хватит хандрить. Сегодня займешься домашними делами, а завтра тебя ждут по новому адресу.
– Я и не хандрю, – сказала Тайна. – Я собираюсь уничтожить эту долбаную тварь. Вот и все.
– Это правильно, – кивнула Вера. – Такой настрой мне нравится!
Тайна молча убрала бумажку с адресом в карман, взяла вилку и начала есть. Этой ночью ей снова снились темные крыши, утыканные печными трубами и телевизионными антеннами. Где-то среди них пряталось крылатое чудище, которое Тайна могла почувствовать, но не могла увидеть. Проснулась она со странной мыслью: «Мы все делаем неправильно. Так Злого-человека-на-крыльях не победить».
Уходя на работу, Вера надавала Тайне кучу заданий – помыть посуду, убрать в комнате, приготовить ужин.
