Многолетние цветы и травы были укрыты от холодов соломой и еловыми ветками. По дорожкам гулял ворон и подбирал просыпанные семена. В голом кусте бузины сидела ещё одна чёрная птица. Она издала хриплый крик тревоги. Когда ребята бежали по гравию в дальний конец сада к покосившемуся дому, крытому черепицей, Седрик увидел поднимающийся из трубы густой дым, чёрный и почти непрозрачный. Дым клубился, в нём, кривляясь в диком и жутком танце, возникали какие-то когтистые фигуры и исчезали над крышами окрестных домов.
– Похоже, она дома, – сказала Эмили.
Эллиот покосился на мрачные клубы дыма над домом:
– Да, и мне даже не хочется знать, что за зелье она варит…
Они подошли к низкой деревянной двери, обрамлённой тёмными наличниками с вырезанными на них розами. Эмили постучала.
Один раз.
Второй.
Тишина.
Она наморщила лоб и хотела постучать в третий раз, когда над её головой резко распахнулась маленькая деревянная дверца.
– Я закрылась, потому что у меня закончились травы и питьё, – сообщил неприветливый женский голос. – Вот снег растает, тогда и приходите. – С громким хлопком дверца закрылась.
Эмили удивлённо посмотрела на неё, а потом крикнула:
– Данделия, нам не нужны травы! Это мы, Эмили и Эллиот, и с нами Седрик, он новичок в Краю Омел.
– Уходите отсюда!
– Но он друид!
Через несколько мгновений дверь совсем немного приоткрылась, и из щели на ребят уставились поразительно зелёные глаза за ярко-красной оправой очков:
– Друид?
Вдруг дверь широко распахнулась:
– Заходите, заходите, ребятки! Я невероятно рада вас видеть!
Женщина, с таким восторгом открывшая им дверь, была совсем не такой, как думал Седрик. Он представлял себе древнюю, сморщенную от груза лет ведьму. А перед ними стояла молодая женщина лет тридцати в ярко-красных роговых очках, слегка вышедших из моды; поверх скромного темно-зелёного костюма на ней был кухонный фартук в цветочек. На руках – огромные кухонные перчатки, прожжённые во многих местах.
– Заходите, заходите! – повторила она, энергично жестикулируя. – Мне как раз нужна ваша помощь!
Она повела их через маленькую прихожую, заставленную резиновыми сапогами, лейками и всяким садовым инвентарём. Ребята шли осторожно, стараясь не наступить на какую-нибудь острую тяпку или на садовый шланг.
– Извините, я сегодня никого не ждала, – пробормотала Данделия и вскинула брови, когда Эллиот с грохотом споткнулся о жестяную лейку.
Эллиот дико замахал руками, пытаясь удержать равновесие, но всё-таки упал на груду цветочных горшков.
– Ты не ушибся? – спросила Данделия.
– Нет-нет, ничего, – торопливо ответил Эллиот, морщась от боли. – Всё нормально.
Следующая дверь привела их на травяную кухню Данделии. Здесь витали едкие пары`, и у Седрика защипало в носу. От жары ребята сразу вспотели.
– Это ведьмин котёл? – прошептал Седрик и показал на чёрное закопчённое чудище на железной треноге, под которым жарко пылал огонь.
– Наверняка! – кивнула Эмили.
– Проходите, проходите! Сейчас я должна положить в котёл молочай, а потом у меня найдётся время для вас. Вы ведь знаете Аластера?
Седрик, Эмили и Эллиот только теперь заметили высокого широкоплечего мужчину в элегантном тёмном костюме. Его щёку пересекал ужасный шрам, чёрные волосы были намазаны гелем и зачёсаны назад. Небрежно прислонившись к стене возле двери, он смотрел на ребят с нескрываемой неприязнью.
– Добрый вечер, мистер Мак-Ароу, – в один голос поздоровались Эллиот и Эмили – и тут же рассердились друг на друга: они не любили говорить хором.
– Привет… дети. – Мистер Мак-Ароу насмешливо улыбнулся.
Седрику было знакомо это лицо. Этот взгляд, насмешливо искривлённые уголки губ. Вот только откуда?
Заметив, что Аластер Мак-Ароу пренебрежительно разглядывает его, Седрик вздрогнул. Мак-Ароу холодно ухмыльнулся:
– Так, значит, ты новенький!
– Здравствуйте, я Седрик, – как можно дружелюбнее ответил мальчик. – Мой отец – новый…
– …учитель, я знаю!
По-видимому, мистер Мак-Ароу снова потерял к нему интерес. Во всяком случае, у него был такой вид.
Эмили попыталась нарушить неприятную тишину:
– Как поживает Дункан?
Так вот откуда Седрик знал это лицо! Мак-Ароу – отец Дункана, хвастуна-оборотня.
Мак-Ароу вздохнул и не торопился с ответом.
– Хорошо. Почему бы и нет, – неопределённо ответил он и повернулся к травнице: – Если я тебе больше не нужен…
Данделия, наклонившись, что-то доставала из огромной корзины. Она вынырнула из её недр, стукнувшись головой.
– Что-что? – Она поправила на носу очки. – Да-да, конечно. Через два дня всё будет готово.
Мак-Ароу нахмурился.
– Это слишком рискованно, – тихо проговорил он.
– Я знаю, но не беспокойся. – Данделия кивнула. – Осечки не будет.
Мак-Ароу слегка кивнул в знак благодарности.
Уже на ходу Мак-Ароу небрежно обронил:
– А вы передайте вашей матери…
– Её сейчас нет в городе, – перебила его Эмили.
– Что-что? – удивлённо проговорил Мак-Ароу. Он явно не привык, чтобы его перебивали.
Эллиот встал рядом с сестрой:
– Она в Лондоне у нашей тётки.
