– То же самое мы бы хотели спросить у вас, мистер Мак-Канаган, – ответил Эллиот, в этот момент став похожим на свою мать, Эсмеральду.
– Всё очень просто, – усмехнулся мистер Мак-Канаган. – Во-первых, превосходные рёбрышки, а во-вторых, сегодня играет моя любимая группа «Счастливый мрак». – Он наклонился вперёд, чуть не потерял равновесие и, тяжело уткнувшись в плечо Седрику, прошептал ему на ухо: – Группа состоит из одних тёмных эльбов, но – тссс! Ао Таэрасу об этом ни слова. – С этими словами он выпрямился, поднёс руку ко лбу в знак приветствия и, шатаясь, скрылся в толпе.
– Тёмные эльбы? – спросил Седрик у друзей.
Эмили кивнула.
– Вот почему это такая хорошая группа. Лесные эльбы, такие как Ао Таэрас, уверены, что у них лучшая на свете музыка, а на самом деле тёмные эльбы играют так, что тяжело не заслушаться.
Седрик с интересом повернулся к сцене:
– Но разве вы не говорили, что они настроены против жителей Края Омел? А выглядят абсолютно нормально.
– Я тоже так считаю, – согласилась Эмили. – Не знаю почему, но мама всегда говорит, что мы должны держаться от них подальше. Наверняка из-за тех дурацких давнишних войн.
Возле бара Данделии не было точно. Да и вообще Седрик с трудом мог представить себе травницу в этом заведении. Почему она позвала их именно сюда? Его пронзила тревожная мысль: как все терновые ведьмы вообще выбрались из городка? И Данделия? Или у неё какой-нибудь специальный пропуск?
Седрик заметил в углу пивного зала узкий проход, по которому постоянно ходили взад-вперёд посетители, и махнул рукой, предлагая идти за ним.
Подойдя к задней части пивной, они услышали душераздирающие крики животных. Там оказалось некое подобие манежа, огромная цирковая клетка, слабо освещённая со всех сторон прожекторами. Вокруг клетки толпились мужчины и женщины. Они азартно заорали, и Седрик заметил, как мускулистый парень выдернул из клетки аллигатора и потащил куда-то в темноту. Огромный крокодил яростно щёлкал челюстями, когда его волокли брюхом по каменному полу. При виде измученного земноводного Эмили испуганно вскрикнула и прижала ладонь к губам.
– Что это за игры? – мрачно спросил Эллиот.
Седрик почувствовал, как в нём закипает гнев.
Несмотря на общий шум, тут явственно слышались пронзительные звериные крики и рёв. Они доносились из тёмных углов, где стояли другие клетки.
Женщина в кроваво-красной юбке, с кричащим макияжем вскарабкалась на нижние перекладины клетки и театральным жестом раскинула руки:
– Один выиграл, другой проиграл! – Она перекинула через плечо пряди тёмных волос и покачалась на клетке. – Хорошо тому, кто сегодня поставил на аллигатора, и горе поверившему в человеческую обезьяну. – Она визгливо захохотала и по-кошачьи спрыгнула на пол.
Седрик, мрачно разглядывая клетку, содрогнулся, когда ещё один мускулистый парень стал вытирать комком ветоши каменный пол. В воздухе висел запах страха и смерти. Седрик отвернулся.
Женщина начала подзуживать толпу:
– Расстёгивайте кошельки, доставайте монеты, делайте ставки! Через несколько минут начнётся новый поединок! Два небесных воина: Король Ночи бросил вызов Чемпиону-под-Солнцем!
Она показала на двоих мужчин, которые появились из тени под свет прожекторов. Как и их коллеги, они были в кожаных фартуках. У каждого на руке сидела хищная птица: у одного – великолепный беркут, у другого – крупный филин. Обе птицы были одинаковой величины, у обеих сверкали глаза.
– Вы только взгляните, какая в них сила! Один непобедим днём, другой – ночью. Кто из них одолеет противника на этот раз? Время новой игры – давайте делайте ставки! Кто не сделает – проиграет по-любому!
Мужчины и женщины с возбуждёнными воплями сразу же бросились делать ставки. Птицы нервно хлопали крыльями на руках смотрителей, которые бесстрастно подносили их ближе к решётке, демонстрируя зрителям.
– Мы не кормили птиц много дней, и сейчас они будут рвать друг друга в клочья. Но победит только одна из них – и она принесёт вам удачу. Итак, делайте ставки! Несите мне ваш залог!
Седрик услышал стон и обернулся.
Эмили вся дрожала и не могла отвести глаз от арены:
– Одна птица убьёт другую! На потеху этим идиотам!
У Эллиота заходили желваки, и он процедил сквозь зубы:
– Если бы Совет знал…
Женщина вскинула руки, держа в каждой по пачке мятых купюр. Вероятно, ставки были сделаны, потому что она крикнула срывающимся голосом:
– Поединок начинается!
Эллиот придвинулся ближе к сестре.
– Мы можем что-нибудь сделать? – шёпотом спросил Седрик. – Например, шок-мороз или ещё что-нибудь?
Эллиот не спускал глаз с Эмили:
– Мы ничего не можем, абсолютно ничего. Она всегда слетает с катушек, когда видит страдания животных. У трансформеров это обычное дело.
Седрик слишком хорошо понимал Эмили. Он и сам был в ярости, и от этого ему стало жутко.
Тем временем мужчины бросили птиц в клетку, развязав им лапы. Беркут и филин вцепились мощными когтями в прутья решётки, но никаких шансов выбраться наружу у них не было. Седрик увидел, что у Эмили задрожали плечи и она опять спрятала лицо в ладонях. Он схватил её за руку:
