Стивен покачал головой:
– Ты не понимаешь. Я твой должник.
Я пожала плечами:
– Да ладно, отвадишь от меня кого-нибудь из своих коллег, и мы в расчете.
Стивен снова посмотрел на меня – тем самым странным взглядом.
– Ты правда не понимаешь. Никто никогда не стал бы делать для меня того, что сделала ты.
– Да говорю же… Стивен, ну правда, я бы не ушла, зная, что тебя тут мучают! Ты из-за меня сюда пришел…
– Не совсем так…
– Да какая разница! Просто прекрати меня благодарить, ладно? Я ровным счетом ничего такого не сделала. Мне знаешь как танцевать понравилось! Считай, ты был предлогом.
Тут он наконец-то улыбнулся – не совсем той, привычной, открытой улыбкой. Эта была ломкая, грустная даже. Но когда заговорил, голос звучал весело:
– Теперь я верю, что ты из другого мира.
– А раньше не верил?
– Ну знаешь, Виктория, не каждый день на тебя с неба иномирянки падают.
Я покивала. Наткнулась на задумчивый взгляд Вильгельма, поглубже запахнулась в халат.
– Да, если хочешь ужинать с герцогом, у тебя полчаса, чтобы собраться, – заметил Стивен, глянув на странную конструкцию, похожую на песочные часы… Много песочных часов – или перегоночный аппарат?
– Полчаса? – Я схватилась за мокрую голову. – Да я же высохнуть не успею!
Стивен усмехнулся и встал.
– Точно иномирянка. Чтобы девушка не знала, как пользоваться бытовыми артефактами… – Он взял с туалетного столика какой-то флакон и поманил меня к креслу. – Садись.
– Да? А ты-то откуда знаешь, как этим пользоваться? Скажешь, служил у какой-нибудь дамы?
– Где я только не служил, Виктория…
Я села. Стивен открыл флакон, и из него вырвалось облако пудры. Зачем?.. Голову тут же согрело, а волосы на глазах распушились и стали сохнуть. Ух ты!
– Да, на ужин к… герцогу я с тобой не пойду, – сказал Стивен, взяв еще один флакончик. – Виктория, сиди спокойно… Ты здесь действительно в безопасности, и вы и без меня отлично проведете время.
Как-то странно это прозвучало – я-то собиралась только есть. Не будет же хозяин приставать ко мне прямо за столом? Впрочем, что это я? Судя по взглядам, которые он на меня бросал, – будет.
– А может, я ужин сюда попрошу принести?
– Попроси, – отозвался Стивен. – Принесут вместе с герцогом. Он от тебя теперь не отстанет – ты же его в танце обошла. Возьмет реванш другим способом.
Каким?.. Вот черт!
Мда… Ладно, разберемся.
– А можно, я тогда Вильгельма на тебя оставлю?
Кот недовольно мяукнул.
– Его высочество не хочет, – отозвался Стивен.
– Его высочество проявит такт и понимание. И вообще, разве его высочество не устал танцевать? Я про помолвку еще спрошу, – пригрозила я. – Так присмотришь?
Стивен согласился. И даже был так добр, что помог мне с платьем: я-то его надела, пока парень отвернулся (а кот, наоборот, смотрел во все глаза, извращенец), а застегнуть не смогла – там была шнуровка.
– Хорошо выглядишь, – заключил Стивен, когда я кинула на себя последний взгляд в зеркало.
Не так, как сестра Антония сегодня во время дуэли, но тоже ничего: длинное, но не пышное алое платье, мерцающее в свете свечей, декольте на грани приличия, золотой пояс и под него же браслет с заколкой – переплетение листьев, украшенных алмазами. Красиво, черт возьми!
– Удачи, – пожелал Стивен и вовремя схватил на руки Вильгельма, собравшегося было за мной.
А потом дверь за ними захлопнулась, и я оказалась под присмотром слуги в изумрудной ливрее, который, бросая восхищенные взгляды, повел меня к герцогу.
Ужин был при свечах. Ну хотя бы не в спальне. То есть, похоже, не сразу в спальне. Не то чтобы я была ханжой в этом отношении: секс после свадьбы – это не про меня. Но и не на первом же свидании!
Гостиная то ли была так зачарована, то ли действительно имела большой полукруглый балкон, который на самом деле являлся огромным диваном. Пол оказался мягким, пружинящим, и ощущение создавалось такое, словно идешь по огромной подушке. Стол предусмотрен не был, только поднос с напитками. Черт возьми, я, конечно, планировала напиться, но и перекусить бы хотелось.
– Госпожа Виктория, – встал мне навстречу герцог.
Он был красив, я это и раньше отмечала, но только сейчас рассмотрела как следует. Что ж, пожалуй, поверю, что та красотка-танцовщица и правда его сестра – сходство было налицо. Милый, просто куколка – выразительные глаза, нежные черты, чувственные губы. Его красота то ли была преувеличением – возможно, из-за свечей я видела ее такой совершенной, – то ли в этом мире с внешностью тоже колдуют напропалую. Слишком хорош, у нас такие мальчики только после «Фотошопа» получаются: крупные, мускулистые и при этом милые настолько, что глазам больно.
