– Вижу я, из-за чего тебя укачало! Следуй за мной и не отставай, а то еще не ровен час за борт свалишься! Что я тогда Максутову скажу? Да и на Неве тебе доклад держать надобно, так что будь всегда у меня за спиной, для верности.
Осторожно ступая по обледеневшей палубе, держась за корабельные постройки, они добрались до двери и стали в кромешной темноте спускаться по трапу в низ. Зажженная Орловом спичка, выхватила из темноты контуры грязного коридора, с обшарпанными деревянными переборками. В спертом воздухе тесного коридора, буквально висел тяжелый запах табака, человеческого пота, сырости и жареного кофе. От этого адского коктейля, к горлу мгновенно подступил рвотный комок.
– Как они здесь могут жить? – вымученно, прошептал инженер.
– Каждому свое в этой жизни отмерено, – тихо отозвался поручик. Прислушиваясь к стуку своего сердца. – Сейчас и посмотрим, кто здесь и как живет. Идем!
Медленно они обходили кубрик за кубриком, в поисках оставшихся моряков, но все они были пусты. Лишь качающиеся гамаки с не хитрыми личными вещами свидетельствовали о том, что еще недавно, здесь всюду теплилась жизнь.
– Что же они, всей судовой командой на берег сошли? – пробормотал, озадаченно Орлов. Тяжело дыша спертым воздухом.
– Вон за той перегородкой, вроде кто – то говорит, – шепнул Неплюев. Обливаясь крупными каплями пота.
Прислушавшись, поручик наконец едва различил чью – то речь, приглушенную толстой стенкой.
– В карты кажись, они играют…, на интерес…, идем там видимо котельное отделение.
Выбив пинком двери, Орлов ворвался в котельную, держа револьверы наготове и щурясь от света керосиновой лампы, истошно закричал:
– Именем Российской империи! А ну, все руки на бочку! И чтобы без глупостей!
Сидевшие у бочки двое не молодых моряков, в потных тельняшках, были настолько ошеломлены, этим поздним визитом неизвестных, что поручику пришлось повторить команду. Лишь после этого, кочегары с черными от угля и пыли лицами, как по команде бросили карты и положили руки на дно бочки, которая заменяла им стол.
– Вы кочегары? – проговорил Орлов. Заглянув в угольный бункер.
– Верно! Мы, мы, кочегары! – выпалил один из матросов. – Я Бен, а это Филип.
– Где капитан и шкипер? Отвечать быстро!
– Так ведь на берег все сошли, а нас оставили пары держать.
– Зачем пришли к нашему берегу и стали на якоря ночью? За какой надобностью, экипаж сошел на берег, да еще под покровом ночи? Почему судно держит маскировку, стоя в наших водах, без сигнальных огней на мачтах? Отвечать быстро! А не то головы продырявлю! – ревел поручик. Не давая пленникам опомнится.
– Мы только знаем, что команда, произведет какую – то мену и заберет от аборигенов, каких – то людей, чтобы доставить их до Англии! – зачистил испуганно Бен. С ужасом глядя на дрожащие стволы револьверов. – Пощадите! Мы маленькие люди!
– Хорошо, маленькие люди, – процедил, сквозь зубы офицер. – Будите вести себя смирно и с вами ничего не случиться. Это вам гарантирует поручик Орлов!
– Так вы, сэр, пограничный воевода? – с ужасом, пробормотал Филип.
– Считай, что так и есть. – Потому хочу я глянуть, на амбарные книги вашего капитана, на его судовой журнал, на карты с проложенными маршрутами.
– Мы и не знали, что русские здесь пограничный залом поставили, – с ужасом, проговорил Бен.
– Значит вы со своим капитаном, крепко сели на мель! – отрезал Орлов. – Веди меня в каюту капитана, а товарищ твой пусть за парами присмотрит. Держи, Иван Иванович, револьвер и если, что – то не так этот Филип сделает, пристрели его как собаку! Я скоро вернусь.
Кочегар, держа над головой большую сальную свечу, проводил незваного гостя в каюту капитана. Усадив пленника на пол, Орлов окинул взглядом тесное помещение с многочисленными полками, которые были забиты разными мешками, рулонами мануфактуры, ящиками и какими – то коробками.
– Черт знает что! – буркнул он. Осматривая содержимое полок. – Не капитанская каюта, а лавка какая – то. Ему что места в трюме не хватает?
– Не знаю, господин офицер, – затравленно, пробормотал кочегар. Вжав голову в плечи.
– Как зовут твоего капитана? – уточнил Орлов. Отодвигая с карты, лежащей на столе линейку с циркулем.
– Бернс! Александр Бернс! – испуганно, выпалил пленник.
– И как часто вы приходите сюда?
– Я, я, точно не знаю! – прошептал пленник, испуганно. – Я первый раз нанялся на эту шхуну.
– Хорошо, Бен, я тебе верю. Но только запомни, ежели ты мне врать удумаешь, или время тянуть, то я ведь ждать офицера сыскными делами ведающего не буду. Никто кроме меня, опросы снимать не будет. Ежели заартачишься – то я просто вот этой шашкой, голову тебе разобью и прикажу за борт бросить, за ненадобностью. Ты меня хорошо понял?
– Да, сэр! – воскликнул тот испуганно. – У капитана Бернса два экипажа, – один основной, а другой подменный. Еще я слышал, что наша шхуна частенько отдает якорь у здешних берегов.
– Для мены с племенами первостепенными?
– Да, да! Все верно! Соль, порох, винтовки, виски, местные жители очень ценят наши товары.
