Сначала всё выглядело как затянувшаяся шутка. Казалось, вот сейчас в помещение где собрали парней войдёт человек и скажет: – “Всё пацаны – закончилось. По домам!”. Как обычно, парни засмеются молодым, басистым смехом и обсуждая как неплохо их разыграли радостно подхватят разбросанные по полу сумки.
Но никто не приходил, не появлялся из-за угла. Совершенно детская надежда на смешное, нереальное чудо, развеялась как раз в тот момент, когда в центральном военкомате сказали, что Сашка идёт служить в пехоту.
А потом, снова сели в автобусы, ехали всю ночь в неизвестном направлении. Разбитые, усталые, приехали в часть рано утром. Пока лейтенант бегал узнавать повестку, битый час проторчали во дворе. Но даже ещё тогда казалось, что путь назад не закрыт, ведь ещё ничего не ясно. Тут тоже, возможно выйдет человек и перечислит тех, кто едет домой. Но, нет. Опять строй, опять идти. А когда над ухом зажужжала машинка и первые пряди волос упали на серую плитку, вот тогда Сашка понял – всё, попался.
Баня. Новенькая форма, пилотка, сапоги. Глупая, детская радость и надолго прощающаяся с волей – грусть. Глянул в зеркало и не узнал себя. Всё. Теперь, он точно станет настоящим мужиком. Теперь – точно.
– Танюша, ты не занята?! – крикнула из кухни мама.
– Чего тебе? – Таня нехотя отложила игру.
– Иди, помоги мне!
На кухне полный стол продуктов.
– У нас праздник? Или гости? – недовольно осмотрелась Татьяна.
– Вера сегодня зайдёт, посидим немного.
– Ясно, опять будете песни орать? А зачем столько готовить? Не понимаю.
– Так что? Чего нам голодными сидеть? Вера всегда вкусненькое несёт, должна же я её нормально накормить. Она от своих ящиков и коробок головы не поднимает.
– Да ладно это я так. Пойду тогда гулять, когда она придёт.
Мама хитро прищурилась:
– Вот и хорошо, не будешь наши разговоры слушать.
– Да какие у вас там разговоры – только про мужиков. Вера в магазине считай на каждого алкаша глаз имеет, а ты за ней подстраиваешься. Смотри, притащит тебе дяденьку, будешь с ним на пару водочку попивать.
– Что ты городишь? На-ка почисть овощи, – мама подвинула Татьяне половину того что лежало на столе.
– Ого, вы с Верой не лопните или она точно кого-то приведёт. Ох, мама, мама.
– Тебе уже не пять лет можешь сама о себе позаботиться, я могу иногда о себе подумать?
– Конечно можешь. Конечно.
После отъезда Сашки жить стало спокойнее. Да – без него, да – не увидишь если даже захочешь, но Светка тоже не увидит. Ведь и не с ней он рядом. А там тоже, за время службы, кто знает, какие выводы сделает. Возможно переосмыслит обстоятельства и снова выберет Татьяну. Может быть на расстоянии поймёт, что именно она нужна ему. Да, обязательно так и случится.
Спокойствие в душе сменилось стойкой надеждой на лучшее. Дни проходили в мечтах. Даже на работе она мечтала, только не так много как дома.
А тут ещё поклонник образовался. Парень лет двадцати пяти с недавнего времени стал похаживать в магазин, внимательно так, исподтишка на Татьяну посматривать. Она заметила это однажды, когда он пристроился за стойкой с чупа-чупсами и время от времени выглядывал. Его внимательный взгляд, она поймала случайно, но заметила в нём некоторую задумчивую неподвижность. В какой-то момент он словно забыл, что нужно спрятаться и был обнаружен. Впрочем, это обстоятельство совсем его не смутило, он прошел по магазину как будто ничего не произошло, и спокойно расплатился за покупку.
Парень – высокий, тёмный, казался загадочным, сильным, но при этом жалким и брошенным. Он ходил по магазину, останавливался у полок и наблюдал за Татьяной. Она уже стала немного бояться этого хмурого взгляда из-под бровей, который не предвещал ничего хорошего.
– Килограмм пельменей, – говорил парень.
– Вам каких? – каждый раз спрашивала Татьяна.
– Обычных, – отвечал он сердито.
Он всегда покупал пельмени.
Однажды Татьяна шутливо спросила его:
– Вы только пельмени едите?
На что парень насупился ещё больше и ответил:
– Да.
С того дня, она стала немного более внимательна к нему. Думала, если будет добра возможно он перестанет быть таким сердитым, но он не менялся, всё смотрел своим взглядом, ходил и выглядывал из-за стеллажей.
Даже Вера заметила его внимание к Татьяне:
– Вот Танька и у тебя поклонник объявился. Вроде не алкаш. Не помню, чтобы он спиртное покупал. Даже пива не берёт. Студент наверное, денег нет.
– Он только пельмени покупает.
– О, говорю же студент.
– А студенты только пельмени едят? Они ведь вроде быструю лапшу берут.
– Это у кого совсем денег мало, а кого чуть побольше – пельмени. Особенно пацаны, им брюхо нужно набить. Тут лапшой не отделаешься.
Стало Татьяне как-то уж совсем жаль этого покупателя. Но каждому своё, что ж она теперь должна ему кушать готовить, чтобы он хорошо питался. Пусть девушку найдёт, а та ему готовит. Вон с Настей можно его познакомить. Как раз подойдут друг другу, он – сердитый, нелюбимый, она – серая мышь.
Но у него видно свои планы, ни в чьей помощи он не нуждался. Это стало ясно после одного случая, который произошел в магазине.
