Первая мурена с полураскрытой зубастой пастью стремительно рванулась в пещеру и напоролась на Юркино копье. Следующую мурену достал Петя. Затем две или три мурены бросились в пещеру одновременно. Одна вцепилась в Петькины ласты. Пораженная током, она так и не разомкнула пасти. Петя несколько раз попытался сбросить ее, но хватка мурены была мертвой не только в переносном смысле.
— Они лезут, как японские смертники! — удивился Петька, тыча копьем то в одну, то в другую сторону. Перед входом в пещеру валялось уже около десятка мертвых мурен.
— А что им остается? Акулы велели им прикончить нас. Если мурены ослушаются, их прикончат барракуды. Вот они и лезут; напролом… Все равно смерть.
Вдруг случилось неожиданное старая, зеленого цвета, мурена поняла, что так или иначе смерти не миновать. Она остановилась перед грудой мертвых тел и подумала: «А чего ради мы должны нападать на этих людей? Что плохого они нам сделали? Почему мы должны умирать по прихоти акул?» Старая мурена тут же повернулась к остальным, следовавшим за нею, и сказала им о своих сомнениях.
— «Не будем слушаться акул! — крикнула она. — Бросимся врассыпную по своим щелям. Покажем зубы барракудам и акулам. Пусть не всем, но кое-кому из нас удастся скрыться. Иначе — смерть всем!»
Сказав это, зеленая мурена повернулась и стремительно бросилась в сторону от пещеры, к нагромождению камней, где можно было укрыться. Несколько мелких акул набросились на нее. Завязалась схватка. Конечно, силы были неравными. Старая мурена вцепилась в песчаную акулу и не разжала клыков до тех пор, пока остальные акулы не растерзали ее.
— «Безобразие! — воскликнула Мако, возмущенная до глубины своей акульей души неповиновением мурен. — Как они посмели?»
Мако была удручена. Она не привыкла к неповиновению и теперь подумала, что с мальчишками надо разделаться обязательно. Их надо убить любой ценой, в противном случае непререкаемый авторитет Мако расшатается. Мальчишки подают в океане дурной пример неповиновения.
— «Позовите ко мне суповую акулу!» — потребовала Мако.
Суповая неуверенно подплыла.
— «Ближе! Чего дрожишь?» — прорычала Мако, презрительно глядя на суповую акулу. Другие акулы, более слабые, чем Мако, но посильнее суповой, тоже смотрели на последнюю с нескрываемым презрением. Сочувствия никто не проявил. Не осмелился проявить. Суповая акула слабо шевельнула плавником и придвинулась на один сантиметр.
— «Мурены оказались слишком трусливыми и слабыми, чтобы расправиться с мальчишками! То, что
не по зубам ничтожным муренам, надеюсь, будет по зубам акулам… Ну-ка, суповая, полезай в пещеру и вытащи, этих нахалов на белый свет!»
— «Я? Но почему я? — удивилась суповая. — Боюсь, я не смогу управиться с ними!»
— «Если ты акула, докажи это своими зубами!» — проскрипела Мако, приходя в бешенство.
— «Но есть более достойные акулы, например, молот, голубая…» начала было суповая, надеясь уговорить Мако. Но та уже потеряла самообладание.
— «Ничто-о-о-жная!.. Эй вы, мои верные слуги! Суповая акула не заслуживает права именоваться акулой! Прикончить ее!»
Суповую акулу растерзали в мгновение ока. Акула-лисица подумала, что, чего доброго, и ее может постичь такая же участь. Она приблизилась к Мако и сказала:
— «Стоит ли напрягать ваши драгоценные нервы? Спрятавшихся в пещере мальчишек зубами не возьмешь. Их надо брать хитростью, а этим качеством я, слава богу, не обделена».
— «Что же твоя хитрость предлагает?» — спросила Мако.
— «Пусть лоцман приблизится к пещере и передаст мальчишкам, что мы оставим их в покое, если они уберутся отсюда по-хорошему».
— «А если они не захотят убраться?» — недоверчиво спросила Мако.
— «Тогда сделаем вид, что нам надоело осаждать их, и уплывем. Но оставим засаду», — сказала лисица.
— «Ну, а если им вздумается принять наше требование и они уберутся?» — спросила Мако.
«Пусть убираются! — воскликнула акула-лисица. — Нам того и нужно! Как только они оставят пещеру, нападем на них!»
— «Хорошо, быть по сему!» — ухмыльнулась Мако.
Юра видел, что Мако разговаривает с акулой-лисицей, но о чем у них шла речь — не знал, потому что логофарм позволял «слышать» собеседника только в непосредственной близости, не дальше десяти метров. Остальные акулы медленными кругами ходили вокруг Мако, еще дальше стремительными стаями проносились барракуды. Юра и не заметил, как они исчезли. Последней ушла Мако. Она приблизилась к пещере и, не останавливаясь, скользнула мимо, недобро косясь узким зрачком.
— Ушли! — воскликнул Петька. — Наконец-то ушли! Мне надоело сидеть в этой дыре!
