В это время другая сотня стражников нагрянула на дворец Геоса, бывший вождь сидел за широким столом и сортировал зерна нового сорта пшеницы. Он поднял голову, увидел стражников. Они вошли во двор уверенной поступью людей, исполняющих чью-то непреклонную волю. Начальник сотни приблизился к столу, в то время как стражники остановились поодаль, опираясь на копья.
— Велено доставить тебя в Марсию, — глухо вымолвил начальник стражи.
— Меня? — удивился Геос.
— Тебя, — отрезал начальник.
Геос уперся локтями о столешницу и уронил курчавую голову на ладони. Он сидел молча, углубленный в какие-то свои мысли. Прошла минута, другая, третья. Для начальника стражи пауза, по-видимому, показалась слишком затянувшейся.
— Нам велено спешить. Собирайся.
Геос опять поднял голову и мрачно уставился на Начальника. Встал.
— Куда идти?
— За нами.
В окружении стражников Геос вышел со двора и сел в колесницу, запряженную парой аравийских скакунов. Бывший вождь попросил начальника стражи сделать крюк и поехать мимо полей, садов и виноградников, привольно раскинувшихся на отлогих склонах холмов. Начальник согласился не задумываясь, и Геос горячо поблагодарил стражника. Колесница катила мимо абрикосового сада, и Геос со слезами на глазах смотрел на крупные, наливающиеся легкой желтизной плоды. Он догадывался, что вкус зрелых плодов выведенного им сорта оценят уже другие, не он. Эта мысль и огорчала и радовала — для людей он кое-что успел сделать…
Марс, его советники и начальники боевых отрядов собрались утром на площади перед царским дворцом. Привели связанных по рукам Гефеста и Геоса. Марс встретил братьев сверкающим взглядом и взялся за рукоять меча, висевшего на поясе. Вокруг площади стояли вооруженные воины — пешие и конные. Над Атлантидой всходило солнце. В небе — ни облачка. В голубизне кувыркались голуби, пели жаворонки. Листья на деревьях томились в преддверии знойного дня.
Марс извлек меч из ножен. Солнечные лучи ярко вспыхнули на отполированных гранях.
— Отличный меч выковал ты, Гефест. Надеюсь, он принесет мне славу…
Гефест посмотрел прямо в глаза Марсу и промолчал. Геос вздохнул и стал следить за голубями. Братья стояли друг против друга, и жрец подумал: «Похожи, но как мало теперь в них общего!»
— Твой меч, Гефест, принесет мне славу, — повторил Марс. — Очень жаль, брат мой, но первой жертвой этого чудесного меча станешь ты… И ты, Геос, брат мой, станешь жертвой этого оружия,
— Зачем ты нас убиваешь, Марс? — спросил Геос. — Мы не сделали ничего дурного и, видит бог, не замышляем против тебя ничего такого, за что нас следовало бы казнить.
— Я вам верю, братья, — ответил жестко Марс. — Вы, может, и не замышляете, но пока вы живы, всегда найдутся люди, которые будут сопоставлять наши достоинства и, по-видимому, не в мою пользу…
Я хочу раздвинуть пределы Атлантиды. Хочу покорить все страны, известные и неизвестные. Этот меч я хочу пронести по всей земле.
— Зачем тебе это, Марс? — спросил Геос. — Разве нам не хватает своей земли? Зачем ты навлекаешь горе и беду на другие народы? Они не причиняли нам зла, за что же их наказывать? Пусть живут они в мире в своих пределах, места под солнцем всем хватит. Пусть каждый живет, как хочет…
— Замолчи, Геос! — повысил голос Марс. — Ты рассуждаешь, как пахарь… Я хочу, чтобы моя Атлантида правила всем миром. Я хочу стать повелителем и владыкой всех земных пределов! Хочу стать царем Вселенной. Хочу, чтобы все народы жили под моей волей! Чтобы все судьбы были в моей руке!.. И я добьюсь этого, — голос Марса сорвался на визг. — А чтобы моя душа в моих походах была спокойна, я должен убить вас. Сейчас я не могу думать о вас, как о братьях. — Вы соперники. Следовательно — враги. Видят боги, мне больно чувствовать врагов в моих кровных, единоутробных братьях. Но, чтобы по-прежнему любить вас, я должен вас убить. Я сам убью вас, и ваша смерть укрепит мою волю и решимость завоевать весь мир… Кто осмелится ждать от меня пощады, зная, что я не пощадил даже братьев своих? Многие из моих врагов будут повержены задолго до того, как над их головами сверкнет молния моего меча.
Казнив братьев, Марс начал готовиться к великому походу на восток по Срединному морю. На острове Гефеста строилась огромная флотилия кораблей и множество колесниц, ковалось оружие и боевые доспехи. На островах Геоса объезжались огромные табуны лошадей, заготовлялось зерно, сушились овощи, коптилось мясо. Всех здоровых мужчин в возрасте от семнадцати до тридцати лет Марс призвал в армию. Носильщиками пешего и вспомогательного войска служили неисчислимые толпы рабов. Обремененная поборами и подготовкой к войне, Атлантида из счастливой и самоуверенной страны превратилась в страну уныния и печали. На главном острове Атлантиды перед дворцом Марса в канун похода жрецы развели жертвенный костер и принесли в жертву трех рабов, трех великолепных черных быков и трех павлинов — обычную жертву богам, благословляющим воинов.
