В первые дни похода несколько десятков атлантов были публично казнены за проявление милосердия к побежденным. После этого в атлантской армии не стало сердобольных. Охота за человеческой жизнью очень скоро стала внутренней потребностью каждого воина Великой Атлантиды. Путь атлантов по знакомым и незнакомым пределам освещали зарево пожарищ и многие-многие тысячи трупов. А уж сколько проклятий пало на их головы! Но проклятия мало трогали завоевателей. Они считали, что проклятия — не вьюк, на плечи не давит. И потому они убивали легко и даже весело, будто соревновались друг с другом в отвратительном пренебрежении человеческой жизнью.
Когда по истечении тридцати лунных рождений собрались атланты в окрестностях города Библа, все пределы, окружающие Срединное море, были повержены в прах. Марс насторожился. Надо было отправляться в обратный путь, а припасы почти кончились, и завоеванные земли остались почти безжизненными. Охваченный жаждой убийства, царь не думал о последствиях. В разграбленных землях нечего было и думать о возможности прокормить армию, хотя она и заметно поредела.
И тогда к нему пришли соглядатаи и сказали, что дальше на восток идут обетованные земли, сказочно богатые и многолюдные. Лежат эти земли на берегах двух бегущих рядом рек. Марс велел трубить сбор. Приказал в дальнейшем убивать только пожилых людей, а молодых брать в плен. Междуречье было разграблено за тридцать дней. Добыча в рабах, зерне, в стадах домашнего скота, в золоте и драгоценных камнях была неисчислимой. Атланты погрузили награбленное на пленников, на ослов и быков и двинулись в обратный путь. Обозы победителей растянулись на несколько дневных переходов.
На исходе тридцать шестого рождения луны победоносное воинство Марса возвратилось в Атлантиду. Впереди, на колесницах, запряженных самыми красивыми полонянками, восседали Марс и его самые знатные военачальники. За их спиной осталась пустыня, полная печали и горя.
Всем жителям Атлантиды было велено выйти к обочинам дорог, встречать победителей цветами и радостными восклицаниями. Подготовка к великому пиру началась несколько недель назад, как только пришли первые вести о возвращении царского войска. Священный холм, окруженный рощами и садами, был уставлен бесконечными рядами дощатых столов и скамей, которые спиралями поднимались к вершине, где стоял царский стол.
Пир открылся массовым жертвоприношением пленников. Тысяча молодых пленников из всех завоеванных народов была предана закланию и огню. Затем начался пир.
…Уже третий день пируют атланты. Третий день льется рекой вино, в отдалении дымятся костры с вертелами, на которых поджариваются телята, свиньи, бараны и различная дичь.
На исходе дня к Марсу подошла старушка. Телохранители начали ее отталкивать, но Марс великодушно разрешил ей подойти и изложить свое дело.
— Будь вовеки славен и здоров, мой царь, — сказала старушка, прикрывая ладонью свои уста.
— Я слушаю тебя, мать, — произнес Марс, пьяно сверкая глазами.
— Владыко, — тихо сказала старушка, — было у меня три сына. Все они ушли с тобой, и ни один из них не вернулся. Где мои сыновья?
Марс помрачнел.
— Ты хочешь встретиться с ними? — хмуро спросил царь.
— Хочу, владыко. Кроме них нет у меня больше никого.
Марс встал из-за стола, подошел к старушке, вытянул из ножен меч и вонзил женщине в грудь.
— Надеюсь, встреча принесет тебе радость, — сказал Марс, возвращая меч в ножны.
И в ту же минуту ужасающий грохот прокатился из края в край. Земля под атлантами вздрогнула, затряслась, ее разорвали глубокие, изрыгающие пламя и дым трещины. Твердь вздыбилась. Тысячегорлый вопль ужаса потонул в чудовищных раскатах разверзающейся земли.
На мгновение все затихло. Слышалось только шипение пара и мощный подземный гул. Затем раздался взрыв. Пламя устремилось к небесам, освещая летящие во все стороны камни, деревья и скалы. Череда новых ужасающих взрывов покрыла широкое пространство, превратив яркий солнечный день в непроглядную темную ночь. Взрывы следовали один за другим и продолжались семь дней. Атлантиду заволокло черными тучами дыма и пепла. На восьмой день земля успокоилась, ветер понемногу отогнал черные тучи, и там, где возвышались зеленые острова, глазам нескольких чудом уцелевших рыбаков предстала необъятная морская равнина…
— Что же это было? Вулкан? — спросил Юра хриплым голосом.
— Какой там вулкан! — ответил Хранитель Древних Тайн. — Убийство женщины-матери было той каплей, которая переполнила чашу терпения великодушной Матери-Природы, и она низвергла Атлантиду со всем, что на ней было, в океанскую пучину. Слишком велико было зло, причиненное Марсом. Такое не прощается… Мальчик! Ты и твой приятель многое пережили в подводном царстве. Вам кажется, что его жизнь — бесконечная череда жестокости и насилия…
— Так оно и есть, — грустно заметил Юрка. — Но я не понимаю, при чем здесь твой рассказ об Атлантиде?
