Таверной оказалось очередное прямоугольное здание, отличавшееся от всех прочих разве что гигантской вывеской в виде пенной кружки, висевшей на одном из углов, и узкими окнами-бойницами. Были ли в них стёкла или ставни, я не успел рассмотреть, ибо нас без лишних слов затолкнули в двери этого заведения.
Прямо с порога сопровождавшие нас воины громогласно провозгласили, что, дескать, пришлые герои, ну те, что с некромантом, справились, враг повержен, мертвяки больше не грозят поселению. На что посетители таверны, а их оказалось совсем не мало, ответили дружным рёвом. Не успели мы сесть на каменную скамью перед таким же каменным полированным столом, как нас буквально заставили бесчисленным количеством кружек с каким-то пойлом — каждый считал своим долгом угостить так удачно подвернувшихся «наземников».
Даже наши сопровождающие не спешили возвращаться к своим обязанностям по патрулированию территории, а сели рядом с нами и без стеснения воспользовались выставленными на стол презентами; оглядевшись, я больше не заметил среди посетителей дварфов в броне, хотя в царящей атмосфере радостной суматохи я запросто мог и не рассмотреть толком дальние столы.
Ванорз как-то очень легко встроился во всё это веселье: он улыбался, отвечал на поздравления, благодарил гостеприимных дварфов и опрокидывал в себя содержимое кружок, без всяких церемоний утирая пену с лица рукавом, что вызывало среди посетителей бурю восторга. Со всех сторон слышались всё новые и новые вопли: «налейте ему ещё!», «за мой счёт!», «пей до дна!». Хамель, как ни странно, тоже не выделялась из компании, хотя и вела себя гораздо сдержаннее. Она тоже улыбалась в ответ на неуклюжие комплименты подгорных жителей и не выпускала кружки из рук.
А вот Гильт был не то чтобы мрачен, нет, он был нейтрален. Вся эта буря эмоций, казалось, обходила его стороной. Он не обращал внимания на направленные на него чествования, а кричащие их как-то сразу переводили своё внимание на других. Гильт одним и тем же монотонным движением подносил кружку ко рту, делал размеренный глоток и вообще был сама невозмутимость. Я же немного растерялся и, вместо неловких попыток поддержать веселье, решил банально отведать содержимое ближайшей кружки, прикрыв своё смущение этим нехитрым занятием.
В кружке оказался какой-то необычайно крепкий алкоголь, но с терпким, немного сладковатым вкусом. Я подозревал, что дварфы наверняка называют это пивом, но у меня в голове такой вкус никак с ним не ассоциировался. Впрочем, напиток оказался весьма приятным, вот только я сразу понял, что больше кружки не осилю — уже после пары глотков тело становилось ватным, а звуки голосов начинали плыть и растворяться в общем гуле. Просто невероятно, как местные умельцы умудрились приготовить такой высоко алкогольный напиток столь приятным на вкус.
Видимо, под отдыхом дварфы разумели именно такое сидение в таверне с распитием спиртного, поскольку никакой еды нам так и не предложили, как, впрочем, и комнаты, где можно было бы прилечь. Меня очень заинтересовал материал кружки, которая казалась деревянной, но была слишком лёгкой на вес и какой-то, как бы это сказать, эластичной; в голове сразу мелькнуло слово «пластиковой», и я, расплёскивая содержимое, пытался поскрести край кружки ногтем и присмотреться к ней получше.
Так бы мы, пожалуй, и упились бы тут вусмерть, но нас выручил появившийся в таверне Йодр. При виде него веселье моментально прекратилось. Сопровождающие нас воины потихоньку вышли из-за стола и стали медленно пробираться к выходу, а посетители вернулись на свои места и уткнулись носом в кружки.
— Так и знал, — едко заметил старый дварф, провожая строгим взглядом проходивших мимо него вояк, — так и знал, что придётся идти за вами самому, иначе вы не только поезд пропустите, можете и в чертоги Отца Гор ненароком отправиться!
— Да мы тут просто, это… — заплетающимся языком попытался объяснить Ванорз, вскочив на ноги, но его потянула за плащ Хамель, и внезапно потерявший равновесие эльф неуклюже плюхнулся обратно на скамью.
Йодр укоризненно покачал головой, при этом гребень его шлема блеснул, поймав отблеск огня громадного очага таверны, и приказал:
— За мной! Поезд скоро отправляется, там и отоспитесь…
Мы встали из-за стола, причём мне пришлось поддерживать шатающегося эльфа. Хамель шла на удивление ровно, и мы под чуть более умеренные чествования дварфов покинули таверну и направились за Йодром, который, видимо, и был тем самым местным хаерзом, что бы это ни значило.
Мне показалось, что шли мы не очень долго, хотя у меня внезапно стала кружиться голова; спасало только то, что я держался за Ванорза, и общими усилиями у нас получалось шагать более-менее ровно. Повернув за очередным домом, мы вышли на широкую дорогу, уходящую вниз в некое подобие тоннеля. Вскоре стало совсем темно, туннель изгибался дугой и вдруг вывел нас в ещё одну пещеру, не такую гигантскую, как та, в которой было поселение, но тоже впечатляющих размеров.
