Чтобы не вызывать подозрений, Орион сделал вид, будто его захватило бурлящее веселье, и тоже принялся танцевать среди распаренных тел. Дёргаясь в такт музыке, он вспоминал наставления Ван Дуйка.
Орион несколько раз крутанулся вокруг своей оси, пытаясь сориентироваться. Слева несколько подростков нюхали какую-то вязкую зеленоватую субстанцию, колыхавшуюся в пластиковых бутылках. Не нужно было обладать даром предвидения, чтобы догадаться: эти парни ему не помогут. Коктейль из зелёных водорослей – верный способ сжечь побольше клеток мозга. Подростки втягивали адскую смесь в себя практически без передышки, но никого это, похоже, не волновало. Вдоль стен тянулись заплёванные дощатые прилавки, где каждый желающий мог попросить себе стаканчик какой-нибудь подозрительной дряни. Ориона всё это не интересовало. Помогая себе локтями, он стал протискиваться в глубину бара, где сидели клиенты, одетые несколько приличнее. По самодовольной манере держаться он тут же опознал Неприкосновенных. Орион слышал, что некоторые предпочитают щекочущую нервы атмосферу Зоны Затопления чопорным ресторанам Купола. Вокруг богатых клиентов, пытаясь привлечь их внимание, вертелось множество девчонок, причём довольно красивых. Рискнуть заговорить со своими? А если его узнают?
– Эй, пацан, заблудился? – крикнул кто-то ему в ухо.
Орион резко обернулся. Слишком резко. Видимо, всё-таки плохо усвоил бесценные поучения Паркера-старшего.
– В первый раз? – продолжал таинственный незнакомец, лениво пританцовывая на месте.
Орион кивнул. Его раскусили, к чему юлить?
– Ты из-под Купола?
Небольшое колебание. Снова кивок.
– У тебя есть бабло?
– Да.
– Чего ты хочешь? Девчонок? Немного зелёных водорослей?
– Нет.
Ориону приходилось орать в полный голос, чтобы перекрыть уханье колонок.
– Я ищу одного человека.
– Кого? Может, я знаю.
– Нейла Харриса.
Взгляд собеседника мгновенно потяжелел. В зрачках вспыхнул непонятный огонёк. Удивление? Страх? Сложно сказать… Тип продолжал танцевать, не произнося ни слова. Наконец до Ориона дошло. Он вытащил купюру в пятьдесят долларов и сунул ему в руку.
– Идём…
Орион проследовал за ним до туалетов. К вездесущему запаху картофельного самогона тут примешивалась ещё более противная вонь. Санитарные нормы бара «Последний шанс» были где-то на уровне Средних веков. Прежде чем Орион понял, что происходит, дверь за ним захлопнулась, и два мускулистых громилы в кожаных куртках присоединились к его проводнику.
– Нам сегодня везёт, парни! Этот отличник сейчас всучил мне пятьдесят баксов, чтобы я свёл его с Нейлом. А в кармане у него ещё целая пачка…
«Вторая ошибка, – понял Орион. – Я дал слишком много денег. И позволил увидеть, сколько у меня с собой».
Жизнь в искусственно созданном безопасном коконе очень расслабляла, заставляя забыть, что мир вокруг больше похож на джунгли, чем на парк аттракционов.
– Ну что? Сам отдашь или тебя потрясти?
– Погоди, Нильс, – вмешался один из громил. – Ты чего хотел от Нейла?
Орион неожиданно растерялся и нахмурился.
– Ты плохо слышишь? Повторить? Чего тебе надо от Нейла?
– Просто поговорить. Я от Эйнштейна.
– Эйнштейна? Блин, парень, чего ты раньше-то не сказал?! Мы же тебя чуть не грохнули…
Орион пожал плечами.
– Нильс, верни ему бабло. Шевелись!
Нильс заворчал, но отдал деньги.
– Иди за мной, – сказал тип в чёрной куртке. – На этот раз обойдётся без западни. Даю слово.
– Вот, значит, как. Ты хочешь со мной поговорить?
Орион помедлил, разглядывая странного человека, к которому его привели. Около сорока лет, высокий, одет с большим вкусом. Модная куртка, стильная причёска, шейный платок. Нейл Харрис принадлежал к тому типу мужчин, что следят за своей внешностью.
– Здравствуйте. Я от Эйнштейна.
– Да, мне сказали. Давно ничего о нём не слышал. И задаюсь вопросом, зачем он прислал тебя сюда.
– Он сказал, что я смогу получить от вас необходимую информацию.
– Какую именно?
– О NEP.
– Ясно. Ты знаешь, кто я?
Орион снова бросил взгляд на Харриса. Никаких идей.
– Нет, – признался он.
– Значит, я в более выигрышном положении, чем ты, Орион Паркер.
Орион с трудом скрыл удивление.
– Ну да, я тебя знаю. Ничего удивительного, если учесть, что я провёл три года, выясняя всё про NEP и предприятия твоего отца.
– То есть вы журналист?
