Общие выводы были неутешительные. Для проведения такой операции потребуется около пятнадцати лет при условии проведения работ одной установкой. К окончанию этого срока радиация проникнет повсюду, включая деревья и растения. Именно эпицентры станут основными источниками распространения радиации. Кроме того такие участки останутся безжизненными на двести лет из-за уничтожения верхнего слоя. Мало того, обширные участки в Европейской части, на Урале и юге страны из-за близко расположенных эпицентров рискуют превратиться в пустыни, постоянно расширяясь и захватывая новые территории. Впрочем, такие риски сохранялись и сейчас, только пустыни будут радиоактивными. Был и положительный результат. Если эти работы начать проводить до окончания ядерной зимы, то негативный эффект сглаживается. А если эти работы провести в течении пяти лет, то многих негативных последствий в долгосрочной перспективе удастся избежать. Более того сроки восстановления поверхности сокращались почти в половину, а вероятность положительного прогноза увеличивалась на двадцать пять процентов. Вывод напрашивался сам собой. Необходимы как минимум три мобильные установки и три команды, готовые к таким работам. Для начала мне этих данных было достаточно. Попросил Водолея при соблюдении условий секретности поговорить с профессором. Хотелось заранее подготовить его и знать насколько это возможно в принципе. В наличии хотя бы одной мобильной установки я сомневался, но у меня были сведения, что такие разработки когда-то велись и вполне успешно.
Убежище во Владимире было покинуто. Как и в других городах, наиболее стерильная часть была законсервирована. В последнюю колонну вошли все, включая персонал, набралось больше пятисот человек. Обратный путь прошел незаметно. Я был полностью поглощен новым планом. То и дело запрашивал Водолея, просчитывая возможности и последствия. Единственным значимым событием, на обратном пути стал тот факт, что над Новогорском зеленым светом светился купол защитного поля. К моменту прибытия наша колонна выросла почти вдвое за счет тех, кто присоединялся по пути. За собой мы оставляли покинутые города и поселки. Встреча была, как всегда гостеприимной, но задерживаться мы не стали. В очередность отправки колонн внесли изменения. Необходимо было отправить в первую очередь тех, кто прибыл из Питера. Не сказать, что они нуждались в этом больше других, но год в подземелье, осложненный борьбой за выживание и изнурительными работами по возведению дамбы не прошел без последствий. Многим необходима была медицинская помощь. Кроме того в колонну вошла та часть персонала, которая решила присоединиться к проекту колонизации. «Омега-центр» активно расширялся и возникла острая необходимость в специалистах самого различного профиля. Мы двигались впереди колонны и прибыли на сутки раньше.
Мои опасения стали оправдываться. Меня сразу попытались поместить в карантин с последующим погружением в капсулу. От этого я категорически отказался. Не помогли уговоры Алены и увещевания профессора. У меня были планы, которые не терпели отлагательств. Закончилось это тем, что вмешался Виталий Семенович и согласился предоставить сутки на решение всех вопросов. Остальные вынуждены были согласиться. Я потребовал собрать Совет для решения одного из самых важных вопросов. Оказалось, что мое предложение уже активно обсуждается. Профессор, после разговора с Водолеем, озвучил это на Совете. Тем лучше, почва уже подготовлена. Было одно обстоятельство, которое мне недавно раскрыл Водолей. По его предварительным расчетам, ресурсов на осуществление двух программ одновременно может не хватить. Проект колонизации был под угрозой.
Спустя три часа, которые я провел в обществе Алены и сына, малый Совет начался. На нем, помимо Виталия Семеновича был профессор и Лидия Михайловна. Я озвучил свое предложение. Профессор меня поддержал, но заявил:
– Мобильная установка есть только одна. Проблема в том, что для запуска поля требуется колоссальная энергия, после запуска, при условии постоянного расширения затраты энергии минимальные. Эта проблема была решена с помощью ядерного реактора сверхмалой мощности. Однако он попадает под ограничения проекта и был отправлен на длительное хранение.
– Вы говорите об ограничении на использование ядерной энергии в проекте, но при этом используете ядерные двигатели в космических аппаратах и грузовых кораблях, как это понимать? – я воспользовался возникшей паузой.
– Правильно, – согласился профессор, – там они используются преимущественно в космосе и не угрожают ни одной из планет.
– А вероятность аварии в момент старта в расчет не берется? Или мало в истории таких примеров? – я не сдавался.