– Даже не знаю с чего начать…, – замялся Варяг.
– Давай по порядку.
– В общем, до столицы Сибирской республики добрались без происшествий. Они переименовали город в Сибирск, в нем сейчас около двадцати тысяч человек, плюс за нами колонны пришли, тысячи две, не меньше. Не знаю, говорил или нет, у них уцелел газовый хаб и даже скважины и хранилища, чудеса да и только…
– Нет никакого чуда, в Новогорске то же самое, – мне все-таки пришлось его перебить. – И это не совпадение, вероятные друзья не планировали уничтожать их, вспомни Ирак и Ливию.
– Возможно и так, теперь это не имеет значения.
– Ты прав, продолжай.
– Глава сначала упирался, не хотел переселенцев принимать, даже Совет собрал расширенный. Вот тут и началось. Когда я все аргументы привел, перспективы, плюсы и минусы, его чуть на вилы не подняли. В общем, Совет имел все шансы закончиться сменой власти. Есть там один дядька, серьезный ученый, Председатель Совета, очень толковый, но из Сибирска сказал, ни ногой, чем-то нашего профессора напоминает. Так вот, когда он заговорил, вроде все успокоились и Глава в том числе, начал каяться. Когда узнали, что по мере возможности будем оказывать помощь, плюс запасы из хранилищ, мнение применилось. В завершение сообщил о возможности установки защитного купола, после этого разве что на руках не носили. Завершилось все как нельзя хорошо. Задержались на пару дней. До границы Республики дошли без проблем, людей долго убеждать не пришлось. Запасы уже у них на исходе. А вот дальше началось. В первом же поселке нас попытались задержать, сказали, что по распоряжению начальства. Хорошо, что по первому рейду нас запомнили. Где уговорами, где подкупами до убежища добрались, только с маршрута пришлось сойти и прокладывать новый. Двигались по ночам, вроде обошлось. В убежище успели вовремя. Самое что ни есть осадное положение застали. Власть в Дальневосточной Республике сменилась. Нашим выдвинули ультиматум. Обеспечить доступ в убежище, другими словами сдать. Иначе грозились подорвать все выходы и замуровать. Виталий Семенович к нашему прибытию был уже в курсе ситуации. Поступил приказ решать мирным путем. Была мысль захватить верхушку и разъяснить им что к чему. В первое посещение в анклаве было больше пяти тысяч человек, сейчас почти вдвое меньше. Провели переговоры. Мне показалось, что они не в себе. От всех предложений отказались. С группой делегатов устроил им экскурсию в убежище. Своими глазами убедились, что запасы в убежище истощены, уровни в большинстве своем заражены, люди ждут эвакуации. После этого поостыли. Как бы то ни было, убежище пришлось сдать, в обмен на возможность вывести людей, всех, кто пожелает. Виталий Семенович так распорядился. Понятно, что из персонала никто не захотел оставаться. Часть убежища с оружием и генератором поля законсервировали. Доступ туда закрыт. Чтобы не возникало желания проникнуть туда, предупредил о возможности ядерного взрыва при несанкционированном доступе. Передал координаты последнего хранилища с запасами. На момент отъезда там оставалось около пятисот человек. Остальные ушли с нами. Вывели почти три тысячи человек, полторы тысячи присоединилось по пути и продолжают идти в Сибирск. Можно считать, что убежища нет. Сомневаюсь, что смогут поддерживать его в рабочем состоянии, но запасов из хранилища должно хватить надолго. Дезактивацию перед уходом провели, стало получше, но все равно фонит.
Картина была удручающая. Одно убежище потеряли полностью, другое почти потеряли. Все бы ничего, но это были крайние, стратегически важные точки. Одна по близости к Европе, другая к Америке и Китаю. Я не сомневался, что рано или поздно появятся выжившие из этих частей света.
– Про соседей ничего не слышно? Китай? Америка?
– Тишина. В эфире никого, беженцев нет, про военных уже все давно забыли. Новый Глава что-то говорил про Китай, но думаю это пустой треп, надежда на то, что заграница нам поможет. Сомневаюсь, что у них положение лучше.
Я не сомневался, а знал. По выводам Водолея им сейчас было не до нас. Обстановка там была еще хуже. Попыток выхода на связь с каждым днем становилось все меньше, сейчас это были уже единичные случаи. В завершение разговора рассказал Варягу об итогах нашего рейда, не забыв упомянуть о том, как чуть было это не закончилось катастрофой. По его лицу видел, что отлегло. Предусмотреть все невозможно. Я понимал мотивы решения Виталия Семеновича по поводу убежища. Если есть шанс спасти даже десять человек, если конечно они не законченные негодяи, то этот шанс надо использовать. Ни что, кроме крайней нужды, не могло толкнуть людей на противостояние с убежищем. Теперь у них есть шанс. Как они им воспользуются, я проверю. Всему свое время.
Сейчас я сидел в кабинете командора и готовился к очередной ложке дегтя, предчувствие редко меня подводило.
– Константин, нам с тобой нужно серьезно обо всем поговорить. В ближайшее время мы планируем убыть в колонию. Я не думаю, что когда-нибудь мы сможем увидеться. Не скрою, я бы предпочел, чтобы ты с семьей присоединился к нам, что скажешь?