До этого я не интересовался очередностью отправки и техническими деталями, был больше занят земными делами. Теперь приходилось вникать во все нюансы и восполнять пробелы. Отправка в колонию и на базу началась полгода назад и проходила в несколько этапов. Сначала отправились группы разведки, в задачу которых входила подготовка базы к приему людей и грузов. Потом были отправлены первые одноразовые грузовые корабли и вторая группа, которая отправилась в колонию на Марсе. Старт грузовых кораблей проходил с космодрома, на котором мне так и не довелось пока побывать. С отправкой людей было проще. Пассажирские челноки взлетали с обычной взлетно-посадочной полосы. Они находились в закрытой части ангара, недалеко от убежища. От пожара в открытой части они не пострадали. На низкой околоземной орбите происходила пересадка пассажиров в колониальный корабль, состоящий помимо всего прочего из посадочных модулей на пятьдесят человек. Там же происходила пристыковка части груза, выведенного на орбиту. Другая часть груза добавлялась с Луны. При необходимости любой из посадочных модулей мог отделиться от несущего корабля и двигаться с определенной степенью самостоятельности в автоматическом режиме. Для посадки этих модулей специальных сооружений не требовалось, достаточно было относительно ровной площадки, размером с половину футбольного поля. С учетом того, что основные запасы программы находились на Луне, подготовка экспедиции длилась около двух недель. Путешествие к конечной точке экспедиции занимало почти три месяца. Каждый колониальный корабль вмещал до трех тысяч колонистов и тысячи тонн груза. Осуществление программы облегчалось использованием атомных двигателей и модульной конструкцией кораблей. Любой из четырех кораблей можно было использовать в качестве грузового или пассажирского, в зависимости от модулей, входящих в его состав.
Для обеспечения безопасности в полете использовались генераторы поля, которые создавали защитную сферу вокруг корабля. Только один из четырех кораблей, который стартовал первым и возвращался последним, успевал сделать два полных рейса и на год оставался на орбите Земли в качестве аварийно-спасательного. Второй корабль оставался на орбите Марса, остальные размещались на орбите Луны. В это время шла их подготовка и погрузка. По моему требованию Водолей предоставил мне фотографии кораблей. В нагромождении металлических конструкций с трудом можно было опознать космический корабль. Ни о какой красоте или аэродинамических свойствах не могло быть и речи, в отличии от челноков, которые выглядели как чудо современной техники. Колониальный корабль без пассажирских и грузовых модулей напоминал огромный скелет с расширениями на концах и в середине конструкции и вызывал сомнения в его надежности. Только ознакомившись более детально, я понял, что эти сомнения напрасны. В укомплектованном модулями состоянии он выглядел грозно. Мне не верилось в то, что это результат деятельности человека. В движении корабль был закрыт с двух сторон защитным полем и выглядел, как светящаяся сфера. Недостаток был только один. Во время корректировки курса и сеансов связи защитное поле кратковременно отключалось. Расчеты Водолея, говорили о том, что вероятность аварии в момент отключения защитного поля ничтожно мала, а само путешествие безопаснее полета на самолете. Вспоминая свой последний полет, я был склонен ему верить.
Времени на прощание перед отлетом у нас с Аленой не было. Она целыми днями пропадала на аэродроме, восстанавливая навыки управления челноком. Я все больше погружался в заботы, связанные с исполнением обязанностей руководителя проекта. Теперь со всеми вопросами и проблемами обращались только ко мне. Виталий Семенович не вмешивался, наблюдая за тем, как я выхожу из многочисленных затруднительных ситуаций. Аркадий Борисович в стороне не остался. Комендант без разговоров взвалил на себя часть обязанностей, связанных с подготовкой к отправке колонистов. Профессор после пребывания в капсуле был переполнен энергией и корил себя за то, что раньше не соглашался на процедуру оздоровления. Наверное, боялся, что застрянет снова на десять лет. Похоже, его совсем не интересовало, что происходит на поверхности, он был поглощен многочисленными программами исследований и раздавал указания тем, кто в ближайшее время покидал Землю. После недолгого совещания с ним, пришли к выводу, что управление космической программой необходимо передать Водолею. Алена без труда настроила удаленный доступ. К ежедневным докладам об обстановке добавились напоминания Водолея о необходимости проведения тех или иных мероприятий. Временами мне казалось, что и я нахожусь под его управлением, а не наоборот.