— Что? — Я говорю. Он так взволнован, как я никогда его не видела. — Как? Я не понимаю.
Он постукивает когтем по стене туннеля, указывая на мой микроскоп. — Какая-то жизнь на Адриане ПОЖИРАЕТ астрофагов! Население в равновесии. Естественный порядок. Это все объясняет!
— О Боже мой! — Я задыхаюсь. Мое сердце чуть не выпрыгивает из груди. — У астрофага есть хищник!
В Адриане целая биосфера. Не только Астрофаг. В пределах линии Петрова даже существует активная биосфера.
С этого все и началось. Должно быть. Как еще мы можем объяснить бесчисленное множество чрезвычайно различных форм жизни, которые все эволюционировали, чтобы мигрировать в пространстве? Все они произошли от одного и того же генетического корня.
Астрофаг был лишь одной из многих, многих форм жизни, которые развились здесь. И со всей жизнью есть различия и хищничество.
Адриан — это не просто какая-то планета, которую заразил астрофаг. Это родной мир астрофагов! И это дом хищников Астрофага.
— Это потрясающе! — кричу я. — Если мы найдем хищника…
— Мы забираем домой! — говорит Рокки, на две октавы выше, чем обычно. — Он ест астрофагов, размножается, ест больше Астрофагов, размножается, ест больше, больше, больше! Звезды спасены!
— Да! — Я прижимаю костяшки пальцев к стене туннеля. — Удар кулаком!
— Что, вопрос?
Я снова стучу по туннелю. — Это. Сделай это.
Он повторяет мой жест у стены напротив моей руки.
— Праздник! — Я говорю.
— Праздник!
Командир Яо пил немецкое пиво, инженер Илюхина — удручающе большой стакан водки, а специалист по науке Дюбуа-бокал Каберне Совиньон 2003 года, который он налил за десять минут до этого, чтобы у него было время дышать.
Десятки людей столпились в комнате и смотрели телевизор на настенном мониторе. По молчаливому согласию команда села на диван. Экипаж получил все возможные льготы и привилегии. Они жертвовали своими жизнями ради человечества. Самое меньшее, что мы могли сделать, — это предоставить им лучшие места.
— И мы всего в нескольких минутах от старта, — сказал репортер Би-би-си. Мы могли бы смотреть американские новости, китайские новости, российские новости, все было бы одинаково. Длинный кадр космодрома Байконур перемежался кадрами огромной ракеты-носителя на площадке.
Илюхина подняла водку. — Не испортите мой дом, ублюдки из Роскосмоса!
— Разве они не твои друзья? — Я спросил.
— Они могут быть и тем и другим! — Она расхохоталась.
На экране появился обратный отсчет. Осталось меньше минуты.
Яо наклонился вперед и внимательно вгляделся. Должно быть, это было нелегко-военный деятель, вынужденный пассивно наблюдать за тем, как происходит нечто столь важное.
Дюбуа увидел выражение лица Яо. — Я уверен, что запуск пройдет хорошо, коммандер Яо.
— Тридцать секунд до старта, сказала Илюхина. — Я не могу ждать так долго. — Она допила водку и тут же налила себе еще стакан.
Собравшиеся ученые немного продвинулись вперед, поскольку обратный отсчет продолжался. Я обнаружил, что прижат к спинке дивана. Но я был слишком сосредоточен на экране, чтобы обращать на это внимание.
Дюбуа вытянул шею, чтобы посмотреть на меня. — А мисс Стрэтт не присоединится к нам?
— Не думаю, сказал я. — Ее не волнуют такие забавные вещи, как запуски. Она, наверное, просматривает электронные таблицы в своем кабинете или что-то в этом роде.
Он кивнул. — Тогда нам повезло, что вы здесь. В каком-то смысле представлять ее интересы. Представлять ее интересы? Как вам пришла в голову эта идея?
— Что? Нет! Я всего лишь один из ученых. Как и все эти парни. — Я указал на мужчин и женщин позади меня.
Илюхина и Дюбуа переглянулись, потом снова посмотрели на меня. — Ты действительно так думаешь? — спросила она.
Боб Ределл заговорил у меня за спиной: — Ты не такая, как все мы, Грейс.
Я пожал плечами. — Конечно, я. А почему бы и нет?
— Дело в том, — сказал Дюбуа, — что вы каким-то образом особенные для мисс Стрэтт. Я предполагал, что вы двое занимались сексом.
У меня отвисла челюсть. — Что-что?! Ты что, с ума сошел?! Нет! Ни за что!
— Хм, — сказала Илюхина. — Может быть, и следовало бы? Она встревожена. Ей не помешало бы хорошенько поваляться в сене.
— О Боже мой. Это то, что думают люди? — Я повернулся лицом к ученым. Большинство из них отвели глаза. — Ничего подобного не происходит! И я не ее номер два! Я всего лишь ученый, привлеченный к этому проекту, как и все вы!
Яо обернулся и на мгновение уставился на меня. В комнате воцарилась тишина. Он мало говорил, поэтому, когда он это делал, люди обращали на него внимание.
— Ты-номер два, сказал он. Затем он снова повернулся к экрану.
Диктор Би-би-си отсчитывал последние несколько секунд вместе с таймером на экране. — Три… два… один… И мы взлетаем!
Пламя и дым окружили ракету на экране, и она поднялась в небо. Сначала медленно, затем набирая все большую и большую скорость.
Илюхина на несколько секунд подняла свой бокал и, наконец, разразилась радостными возгласами. — Башня чиста! Запуск — это хорошо! — Она залпом выпила водку.
— Это всего в ста футах от земли, — сказал я. — Может быть, подождать, пока он достигнет орбиты?
