- У меня все относительно хорошо, - решительно ответил я на вопрос, который, кажется, мне и не собирался никто задавать. - Осваиваюсь, вникаю в советскую действительность… Пока все идет неплохо.
Поделился эмоциями и впечатлениями: повторяться не буду, вы и так все в курсе. Впрочем, о некоторых явлениях, процессах, и, в особенности, личностях, я упомянул несколько опрометчиво. Или, наверное, зря сделал это настолько подробно.
- Знаете что, профессор, - резко сменила милость на гнев Рыжая-и-Смешливая. - А ведь Вы, профессор, кобель!
Мне резко стало не по себе: будто на скромное северное солнце набежала тучка, и даже температура резко упала на несколько градусов по шкале Цельсия. Я, до сей поры, ни разу не имел возможности узнать, как выглядит и звучит ревность любимой женщины…
Та, тем временем, продолжала.
- Ладно, русалка, - накручивала сама себя на невидимое веретено девушка. - Это в их природе, особенно, если какой-нибудь дурак выпустит такую в люди, да со снятым ошейником! - Я вспомнил другую знакомую мне представительницу той же расы, регистратора за стойкой поликлиники, и поежился: никогда раньше не задумывался о том, на что похож обязательный к ношению в Атлантике ограничитель природных способностей…
- Эта еще, которую ты зовешь по имени и фамилии, - продолжала моя без пяти минут невеста. - Будто мне непонятно: бдительность усыпляешь! Еще…
- Еще, - подхватил я эстафету, - здесь кругом полно орчанок, полурослиц, карл и даже, вроде, эльфиек — не уверен только, что чистокровных. Так и вьются вокруг одного профессора, который, кстати, кобель!
Отец всегда говорит: не умеешь предотвратить — останови, не можешь остановить — возглавь. Старика своего я стараюсь слушаться даже в совершенно уже взрослом возрасте: старый фермер не то, чтобы очень умен, но совершенно точно мудр, и был таким, кажется, всегда.
Сработало. Рыжая-и-Смешливая будто с разбегу столкнулась со стеной: непоколебимо прочной и совершенно прозрачной.
- Что, перебор, да? - совершенно уже спокойным, пусть и заинтересованным, тоном, осведомилась девушка. - Прости, милый! Сама не знаю, что на меня нашло, я ведь… Ну, ты понимаешь… Ты такой умный, придумай, в конце концов, что-нибудь!
Я и придумал: рассказал о своих, пока гипотетических, планах, снова взять советский контракт и вновь посетить эти удивительные края, но уже, скажем так, не в одиночестве.
- Мне, конечно, нравятся вот эти вот восторженные нотки, - начала девушка немного издалека, - и посмотреть на все чудеса социального прогресса было бы интересно, но…
Я сделал вопросительное выражение морды, пусть и догадывался примерно, о чем пойдет речь.
- Локи, но я не хочу в СССР! - Не преминула поддержать мою уверенность далекая собеседница. - Разве что, летом, ненадолго и в качестве туристки! У нас и дома есть, на что посмотреть, и все почти хорошо, в Союзе же холодно, страшно, коммунисты и кормят, наверняка, похуже, чем принято на Зеленом Эрине!
Я принялся ее переубеждать, и делал это столь продуктивно и долго, что приснопамятные демоны утомились: батарея моего элофона показала эфирное дно.
Несмотря на то, что девушка моя явила себя со стороны незнакомой и слегка пугающей, сам разговор с Рыжей-и-Смешливой прошел весело и интересно: оставалось закончить тот на позитивной ноте, но для этого был нужен повод. Его, правда, мне не замедлили предоставить.
- Неужели все настолько хорошо, что не на что пожаловаться? - Искательно, насколько это возможно в рамках псевдообъемного изображения, созданного советским связным демоном, заглянула мне в глаза девушка.
Ей, конечно, хорошо была известна моя привычка время от времени впадать в совершенно трезвую меланхолию определенного толка: кризис среднего возраста настиг меня пусть и запоздало, но, все же, неминуемо. Так вот, в заданном вопросе звучали сразу и забота, и интерес, и даже желание немного меня поддеть — чтобы не расслаблялся, видимо.
- Есть. Есть, на что пожаловаться, - я прижал уши. - Мне тут литературы не хватило, в том числе — рабочей. Справочники всякие, даже учебники… Советская научная школа отличается от атлантической, пусть и не очень сильно, - я поиграл лицом, мол, «ты ведь понимаешь, да?», и продолжил: - Глупо было бы не воспользоваться возможностью, и не изучить что-то новое, возможно даже — передовое.
- Ох, Локи, - ответила девушка. - Насколько я успела тебя изучить, самый надежный способ привести профессора Амлетссона в неистовство и заставить рыть землю всеми лапами, - Рыжая-и-Смешливая заулыбалась сразу и ласково, и саркастически, — это отказать ему, профессору, в доступе к Высокому Знанию… Да?
- Да, - немного хмуро подтвердил я. Сентенция о некоторых моих особенностях показалась тем ироничнее, что была весьма точно сформулирована. - Я, конечно, нашел способ…
- Дай, догадаюсь, - Рыжая-и-Смешливая сощурила глаза, - ты открыл для себя служебную библиотеку?
В верхнем правом углу морока появился и принялся мигать символ: стилизованная пикторуна, изображающая пустую бочку и сидящего на ней сильно уставшего чертика.
