— Я понятия не имею, насколько сильнее ты стал в плане боевой подготовки, но манипулировать окружающими научился просто замечательно. Сначала представил нам своих студентов, потом девушку, а теперь периодически напоминаешь о том, как хорошо ты тут устроился. С самого прибытия в Бикон нам то и дело попадаются люди, которые очень расстроятся в случае твоего исчезновения, — покачал головой Николас. — Джунипер может поддаться голосу сердца, которое подсказывает ей, что мы пытаемся лишить тебя счастья, но я на такую уловку точно не поведусь. И мне совсем не нравится, как ты играешь с ее чувствами.
Жон ощутил угрызения совести, хотя всё это получилось совершенно случайно. Он вовсе не ожидал, что Глинда признается его родителям в том, что у них имелись романтические отношения. Но даже так Жон собирался использовать в битве за возможность остаться в Биконе любое доступное ему оружие.
— Я вовсе не бессердечный, но если продолжишь взывать к моим чувствам, то тебя ждет лишь разочарование, — произнес Николас, вытащив из ножен меч. Разумеется, это был вовсе не украденный Жоном Кроцеа Морс, но выглядел он ничуть не менее смертоносным. — Я сделаю всё необходимое для защиты членов моей семьи... хотят они того или нет.
— А самим нам принимать решения вообще нельзя? — поинтересовался Жон, встав прямо напротив отца.
— Я не боюсь позволять вам совершать собственные ошибки... если последствия окажутся не слишком серьезными. У меня не было никаких возражений насчет того, чтобы ты учил детей в Вейле. Вот только у нас почему-то ни разу не зашла речь о том, в какой именно школе ты собрался этим заниматься. Я рассчитывал, что в самом худшем случае тебя будут ждать тяжелейший стресс и потеря сна... но никак не смерть. Если хочешь самостоятельности, до сначала докажи свою силу. Разве не для этого мы сюда пришли?
— Нет.
— Хм? — удивленно посмотрел на него Николас.
Жон спокойно встретил его взгляд.
— Я не собираюсь ничего доказывать, — произнес он. — Мой выбор уже сделан. Я своими решениями не горжусь, но и менять их всё равно бы не стал, даже если бы мог вернуться обратно в прошлое. Наш бой необходим вовсе не для того, чтобы что-то там доказать, поскольку ни разрешение, ни одобрение мне не требуются.
Кроцеа Морс с тихим шелестом покинул ножны.
— Я сражаюсь для того, чтобы защитить дорогих мне людей.
Когда-то всё было совсем иначе. Жон жаждал чьего-нибудь одобрения, причем не только членов семьи, но и совершенно посторонних людей. Потому-то он и хотел стать Охотником... Не для того, чтобы кого-то там спасать, в отличие от Руби. Не для борьбы за равные права, чего желала Блейк. Не для защиты дорогого человека, как это делала Янг. И разумеется, не для того, чтобы изменить мир, о чем мечтала Вайсс.
Жон лгал, чтобы стать героем — кем-то особенным... тем, на кого все будут обращать внимание.
Память об этом жгла ему душу ничуть не меньше любых других постыдных секретов. Тогда он был идиотом... или даже просто ребенком. Но сейчас многое изменилось. В нем нуждались друзья, студенты и весь Бикон.
А потому следовало сражаться.
— Замечательные слова, — кивнул Николас, поведя плечами, чтобы немного разогреть мышцы. — Но если считаешь, что они помогут тебе остаться здесь даже в случае твоего поражения, то глубоко заблуждаешься. Меня не волнуют приложенные тобой усилия. И даже то, насколько хорошо ты отточил боевые навыки.
Он крутанул в руке меч.
— Единственной важной сейчас вещью остается лишь твоя способность не позволить мне увезти тебя обратно домой.
— Имеет значение только конечный результат, верно?
Для него это было даже слишком хорошо знакомо.
— Тот факт, что ты сделал всё возможное, ничуть не уменьшит нашу боль, когда мы узнаем о твоей гибели. Именно с конечным результатом нам всем придется дальше жить. Лишь он имеет значение для тех, кого мы любим. Мертвым безразлична их собственная смерть, и страдают исключительно живые.
Жон с силой сжал рукоять своего меча.
— Ладно, — прошептал он. — Тогда я покажу тебе, насколько сильным стал за это время.
— Но пока мы еще не начали... не мог бы ты отозвать свою тень? — попросил Николас.
Жон на мгновение запаниковал, подумав о том, что кому-то из студентов удалось пробраться в класс, чтобы посмотреть на спарринг. Впрочем, секундой позже он уставился в знакомые разноцветные глаза.
— Нео, — вздохнул Жон.
Она появилась перед ним в обличии Ноа и без оружия, что, к слову, ничуть не уменьшало исходившую от нее угрозу.
Николас уставился на Нео. Та встретилась с ним взглядом, после чего они еще больше стали напоминать двух крайне опасных хищников. И судя по тому, как Николас переместил меч, недооценивать ее из-за скромных размеров или невинной внешности он совсем не собирался.
А вот Жон отчетливо видел, что Нео была необычайно напряжена.
— Всё в порядке, — произнес он, положив ладони ей на плечи.
Она не стала к нему оборачиваться, но слегка наклонила голову, явно прислушиваясь к его словам.
— Доверь это дело мне, — прошептал ей на ухо Жон. — Я должен сам всё закончить.
