Николас встал напротив своего сына, прекрасно понимая, что разделявшее их небольшое пространство будет преодолено за доли секунды, после чего на арене зазвенит сталь. Он разогрел мышцы плеч, выставил перед собой Аргентум и внимательно посмотрел на того, кого, как ему казалось, отлично знал.
Жон выглядел спокойным и расслабленным... готовым ко всему.
За несколько прошедших месяцев он сильно изменился. Только полный дурак не заметил бы различий, а дураком Николас никогда не был. Жон стал уверенным в себе, легко отдавал приказы и — стоило признать — казался довольно умелым бойцом. Даже просто для поддержания всей этой лжи ему требовалось обладать хоть какими-то боевыми навыками, так что позволять застать себя врасплох Николас не собирался.
— Насколько я понял, ты уже готов? — спросил он.
Жон поковырялся в носу, после чего внимательно изучил результаты своих изысканий и стряхнул их с пальца.
— Я закончил все приготовления уже три часа назад, — сказал он. — А потому просто жду твоего хода.
Хм... Была ли это излишняя самоуверенность или же попытка выбить его из колеи? Николас слегка прищурился, едва заметно сдвинул левую ногу и немного сместил меч.
Снизу раздался тихий щелчок.
Дальнейшие действия происходили на чистых инстинктах... не самых правильных инстинктах, следует добавить. Когда у тебя под ногами что-то щелкает, то стоять на месте и пытаться обнаружить источник звука является не слишком разумной идеей. Впрочем, подобные мысли пришли в голову Николаса уже по пути к потолку, куда его подкинуло взрывом нескольких мин.
Несмотря на боль от довольно жесткого удара и слезящиеся из-за дыма глаза, он все-таки сумел приземлиться на ноги.
— Подготовился три часа назад... — преодолев приступ кашля, пробормотал Николас. — Теперь я понимаю, о чем ты говорил. Очень хитро... пусть и не слишком честно.
— Извини, конечно, но как еще я должен сражаться с тем, у кого на несколько десятков лет больше боевого опыта?
Никак. Но у него имелись некоторые подозрения насчет того, что у Жона могло хватить глупости попробовать лобовую атаку.
Когда дым окончательно развеялся, Николас смог углядеть довольно хорошо замаскированные точки, которые буквально усеивали пол. Где Жон вообще сумел достать столько взрывчатки? Хотя он же работал в Биконе преподавателем, так что мог ее просто попросить.
— Ты отлично подготовил поле боя, но тебе это вредит ничуть не меньше, чем мне, — произнес Николас. — Я ведь могу постоять на одном месте, а вот тебе подойти ко мне уже не удастся.
В итоге у них получится патовая ситуация, чего он, само собой, допускать не собирался.
Николас аккуратно открепил от пола одну из мин и швырнул ее в сторону другой. От взрыва сдетонировало еще несколько штук, а потому ничего не мешало ему постепенно расчистить пространство вокруг...
Ну, ничего, кроме очередного металлического щелчка.
Он уставился на Жона, которой как раз доставал из-за спины что-то большое и серебристое, пугавшее темным отверстием дула и смущавшее странными розовыми канистрами в барабане.
— Ты даже не представляешь, какую часть бюджета я обещал мисс Валькирии выделить под блинчики только для того, чтобы воспользоваться вот этим, — вздохнул Жон. — Глинда меня наверняка убьет.
— Так, сынок... — попытался разрядить ситуацию Николас, по виску которого скатилась капля пота.
— Буп!
Не успел он сказать, что для чего-то подобного куда лучше подошло бы "Бум!", как его откинуло розовым взрывом прямо на начавшие угрожающе щелкать мины. Если Николас не станет шевелиться-...
— Буп, буп, буп, буп, буп!
Еще пять розовых снарядов разорвались рядом с ним.
— У тебя закончились боеприпасы, — простонал Николас, когда звон в ушах немного утих, и к нему вернулась способность двигаться. — Насколько я понимаю, вторая форма этого кошмара слишком громоздкая, чтобы ты умел нормально с ней обращаться.
— Ты прав, — кивнул Жон, отложив гранатомет в сторону. Кто вообще додумался выдавать подросткам такие вещи?! — Но у меня есть еще вот это.
В его руке появилась изящная рапира.
— Чтобы ее одолжить, потребовалось ответить на целую кучу довольно личных вопросов. Но Вайсс сказала, что мы практически одна семья... что бы она там ни имела в виду.
— Это праховое оружие, — заметил Николас, не сводя взгляда с барабана, в котором находились разноцветные контейнеры. — Возможно, ты успел кое-чему научиться, но сомневаюсь, что тебе знакомы приемы работы с Прахом.
Жон задумчиво взвесил в руке рапиру.
— Нет, не знакомы, — признался он, раскрутив барабан, а затем резко его остановив и направив острие клинка в сторону Николаса. — Но думаю, догадаться, что тут к чему, особого труда не составит.
Тот тихо выругался и отскочил вбок, уклонившись от языков пламени.
— Хм, — пробормотал Жон. — Итак, красный — это огонь, белый — лед... Пока ничего сложного. Интересно, жел-... А, молния! Логично.
