– Я там, еще у леса, нереальный ягодник обнаружил. Хотел вас всех свистнуть, а вы, как скипидаренные, сорвались.
– Мальчики, предлагаю чай из ягоды заварить. Колбасу слопаем, как скоропортящийся продукт, а чаем из земляники запьем, – предложила Таня быстрый вариант перекуса, чтобы не заморачиваться серьезной готовкой еды.
Речной берег, где устроили себе привал дети, здесь высоко возвышался над водой. Костер уже догорал, подмигивая затухающими угольками. Бутерброды с колбасой уничтожены, сверху догнали шоколадными конфетами, которые нашлись у запасливой Татьяны, залили лесным чаем, и больше, казалось, ничего душа не просила.
– Семь часов… нас, наверное, уже хватились, – задумчиво произнесла Рита.
– Да ну. Начальнички пока побудку проведут, перекличку. Полчаса можно пузо чесать. – Санька демонстративно поскреб тощий живот.
– А это ваше любимое занятие?
У Саньки сползла блаженная улыбка, лоб напрягся, глаза уставились на серьезное и непроницаемое лицо Тани.
– А вы ничего не заметили странного на поле? – вдруг спросил Макс.
– Ой! Как интересно! А что такое? Мы что-то пропустили? – Таня преувеличено округлила глаза.
– Пчел практически нет. Столько цветов…, а пчел нет –
Никита подкинул пару веток на догорающие угли.
– Тебя не поймешь! То бабочка странная, то теперь пчел не хватает! Наслаждайся свободой! Я считаю, нужно еще отдохнуть. Пока они там сообразят, куда мы исчезли.
– Я только за, – Санек растянулся на траве, подсунул под голову кулак, на лицо натянул кепку и закрыл глаза.
– Во, прекрасный пример! Можно и вздремнуть, рано же встали. Макс, подежурь пока, ты у нас самый наблюдательный. Следующий привал часа через три придется делать.
Никита сложил ветровку валиком и бросил ее на траву. И, как истинный путешественник, положил голову на самодельную подушку и мгновенно отключился.
Таня пихнула локтем сидящую рядом Риту:
– Может, тоже поспим, пока жары еще нет? Как хорошо! Даже ветерочек обдувать стал!
Таня завозилась с курткой, прикидывая, как ей лучше устроиться.
– А ты, что не будешь? Твой бой-френд вон дрыхнет во всю.
– Нет. – Рита резко встала, взяла свою новенькую, но уже полюбившуюся худи, повязала на талии рукавами и пошла в сторону луга.
Она остановилась на краю, руками трогая цветы, вглядываясь в это колышущее марево из иван-чая, как будто стараясь сохранить в памяти эту волшебную картину. По полю неожиданно резко, как судорога, прошла волна, травы низко пригнулись и выправились от внезапного холодного ветра.
– Макс! – крикнула Рита. Я, кажется, поняла, почему нет пчел. Смотри!
***
Максим уже бежал к ней, глядя туда, куда показывала Рита. Горизонт стремительно темнел. Огромная лохматая туча росла на глазах и пожирала безмятежное синее небо. Злой ветер, как будто выскочил из этого лохматого зверя в яростном желании наброситься на все живое, чтобы схватить, поднять, разметать и уничтожить.
– Дождь будет и не слабый, – закричал Макс. – Подъем, сонное племя!
Таня подскочила и непонимающе завертела головой во все стороны. Саня повернулся на бок и спокойно поглядел на небо.
– Срочно, палатку! – скомандовал Никита.
– Может, лучше в лесу? – предложил Максим.
– Некогда! – Никита чувствовал, что сейчас надо действовать очень быстро. – Саня, пошевеливайся. Нужна помощь.
– Да ты и без меня управишься, начальничек, – резанул Санек и не двинулся с места.
Никита махнул рукой и бросился распаковывать палатку, как специально, туго перевязанную сложными узлами. Максим высыпал на траву колышки, и их моментально ветром разметало во все стороны. Девчонки кинулись их ловить. В это время Никита развернул палатку, Макс подхватил полотно, чтобы развернуть его на земле, как сильнейшим рывком ветер вырвал из рук полотнище, и оно, как живое, пронеслось по траве, перекувыркнулось, помахало уголком, как будто издеваясь, и бросилось с обрыва в реку.
Еще до конца не осознав, что произошло, парни застыли на краю обрыва, как молния, чирканув по небу зигзагом, ослепила их глаза и исчезла в воде. Тут же грохнул над головой оглушительный гром.
– Ой, мамочка! – Таня метнулась в сторону леса, прижалась спиной к стволу первого попавшегося дерева и стала медленно сползать вниз.
– Давайте в лес! Попробу… – Никита осекся, как только развернулся к лесу. Лес взбесился: его лихорадило, огромные сучья неестественно выворачивались с чудовищным треском; листва, шишки, хвоя взлетали высоко в воздух, как будто деревья рвали на себе буйную шевелюру, вой и разбойничий свист ветра переходил в стон и скрип зеленых великанов. Молния осветила на мгновение дикий лес, он замер, подняв свои ветви, как руки в мольбе своему божеству… и с новым порывом ветра все началось заново. Лес их не принимал.
Рита лихорадочно развязала рукава худи, чтобы одеться, как этот противный ветер вырвал ее из рук и потащил играться с ней в поле.
– Ах, ты! – она выругалась и бросилась за кофтой. Новая ослепительная молния разрезала небо и врезалась в крайнюю сосну, послышался жуткий треск.
