Чёрное древо обернулся на внутренний двор и увидел, что к суматохе присоединилось несколько местных мужчин, которые оживлённо помогали солдатам. Резкие выкрики сотиора Исейдара доносились с северной стороны крепости. Полуразрушенная башня Осколков громоздилась над скопищем палаток, её вершина растворялась в темноте. Всюду горели костры, выплёвывая оранжево-красные языки пламени. По развалинам хозяйственных построек и бревенчатым хижинам скользили тени. Дул прохладный ветер, с лёгкостью пронизывая плащи, кольчуги и рубашки бойцов ордена. Чёрное древо плотно укутался в тулуп. Игер представлял себе, как внутри башни по торчащим из стен камням сотиор Кьяндар и разведчик Велгер взбираются к вершине, за их спинами болтаются луки и колчаны стрел, а Урхмер Заслон стоит внизу и смотрит на распростёртое над головой чёрное небо, заменяющее крышу.
– Пятьдесят девять опытных воинов и два десятка простых земледельцев против отряда из ста пятидесяти головорезов, – с горечью произнёс гират Эланрус, – скверный расклад.
– А если все наёмники нападут только с одной стороны? – голос Чёрного древа дрогнул, ноги предательски задрожали. Игер присел у подножия укреплённой досками преграды.
– В таком случае нас попросту сметут и затопчут, – командир Красных плащей расположился рядом с молодым человеком, – но я сомневаюсь, что Потухшие свечи настолько глупы. В стенах крепости очень много брешей. Если я сбегу и доберусь до города Сердце живым, то план Гиадорка и Юдмера Скорбная весть рухнет, поэтому наёмникам придётся окружить Осколки, чтобы никто не проскользнул через одну из неприметных щелей.
– Почему вы, гират, не сбежали сразу после того, как я предупредил об опасности? – Чёрное древо посмотрел в тёмно-коричневые глаза Эланруса Печального, – Под угрозой находится не только ваша жизнь, но судьба всего города Сердце.
– Бросить своих парней? Никогда такому не бывать, Игер, – гират ордена ненадолго задумался, – я охотнее погибну вместе с Красными плащами, чем брошу их ради кучки старейшин из Алого совета, потому что именно Алый совет своей трусостью и бездействием плодит предателей, подобных Юдмеру Скорбная весть, которые ловко переманивают на свою сторону таких наивных и жадных до власти мальчишек, как Гиадорк.
После слов командира Красных плащей Чёрное древо надолго замолчал. Он сидел на земле и смотрел на тучи, медленно, но неотвратимо затягивающие звёздное небо. Игер смаковал каждую возникшую в голове мысль с такой дотошностью, что быстро позабыл о нависшей над Осколками угрозе. Однако вскоре рассуждения Чёрного древа резко прервали прозвучавшие вразнобой возгласы солдат: «Стреляй в него! Давай! Стреляй! Бей!». Игер и Эланрус одновременно поднялись на ноги. Расположившиеся на земляном валу бойцы беспокойно завертели головами в поисках любой угрозы, однако доносившееся с севера выкрики неожиданно оборвались, а спустя несколько минут послышался топот. Из темноты появился долговязый солдат с тёмным родимым пятном на щеке. Отдышавшись, он охрипшим голосом доложил гирату:
– Предатель перелез через стену и попытался сбежать, но дозорные заметили и застрелили его.
– Бритоголовый? – выпалил Чёрное древо, почувствовав, как похолодело в груди.
– Нет, один из Красных плащей, – прочистив горло, бесстрастно ответил боец.
– Обыкновенный трус, – Эланрус Печальный огорчённо развёл руками.
Когда очертания долговязого солдата растворились в темноте, гират закрепил на бедре колчан коротких стрел и вооружился самострелом. Верховный командир и Игер взобрались на земляной вал и расположились рядом с семерыми бойцами в чёрных тяжёлых шлемах. Тусклый свет факелов падал на небритые лица Красных плащей, не сводящих глаз с распростёртой впереди равнины. Чёрное древо долго пялился в темноту, но не видел ничего, кроме густой черноты. Он слышал ровное дыхание Эланруса Печального, который нежно поглаживал приклад заряженного арбалета. «Только не высовывайся, парень, – прошептал гират, слегка наклонив голову к Игеру, – у меня за пазухой лишнего шлема не найдётся, а у тебя запасной головы нет». Через некоторое время к защитникам земляной преграды прибавилось девять вооружённых бойцов, покончивших с укреплением бреши в крепостной стене на северо-западе. Посмотрев на сосредоточенные лица суровых, закалённых в сражениях солдат, Чёрное древо почувствовал смутную уверенность в благополучном исходе грядущей стычки.
– Крадутся падальщики, – прошипел один из бойцов и хрустнул шеей, – видите дикарей, гират?
– Вижу, друг, вижу, – прошептал Эланрус Печальный и поудобнее перехватил арбалет, – подождём, пока наёмники подойду ближе.
