– Но сегодня этот человек искупит свою вину! – заревел вождь Роксимер. Пронзительно вскрикнув, бледный мужчина судорожно выгнул спину и вытянул шею. В зелёных глазах жертвы блеснул нечеловеческий ужас. Его взгляд в последний раз скользнул по замершей от неожиданности толпе и устремился в небо. Игер поёжился. Оргодар Ржавые деньги прикрыл ладонью рот, сдерживая подступившую тошноту. Ноги казнённого мужчины подогнулись. Он упал на колени, а Роксимер крепко держал его за волосы. В другой руке Ледяных перстов сверкал обагренный кровью кинжал в форме ветви чёрного дерева. Игер протолкнулся вперёд, когда лезвие родового клинка ловко рассекло горло бездыханной жертвы, и алая кровь стремительно хлынула в вовремя подставленную ритуальную чашу и на чистый снег. Народ единогласно ахнул от восторга. Оргодар согнулся в резком приступе тошноты. Игер до хрустка сжал кулаки. На мгновение тёмно-синий глаз довольного вождя столкнулся с озлобленным взглядом Чёрного древа. Когда поток алой крови замедлился, Роксимер Ледяные перста хищно клацнул зубами и отпустил волосы убитого мужчины. Бездыханной тело повалилось на бок, но подошедшие стражи подняли труп и небрежно бросили на кучу аккуратно сложенных под каменным алтарём дров. Кинжал в форме ветви чёрного дерева упал на красное полотно осквернённого снега.
– Эта кровь отравлена скверным недугом, – басом провозгласил вождь Роксимер и поднял над головой ритуальную чашу, – но моя преданность Великому быку сильна и непоколебима!
Вождь Роксимер Ледяные перста прислонил чашу к губам, и за его спиной вспыхнул ритуальный костёр. Ошарашенный народ замер, с восхищением наблюдая, как алая кровь струится по коротко подстриженной бороде их возлюбленного вождя и кровавыми узорами стекает по обнажённой могучей груди. Чёрное древо не отводил от Роксимера испепеляющий взгляд, пока Ледяные перста не сделал последний глоток. Вождь выронил ритуальную чашу из рук и пошатнулся. Высокий страж Приюта морозов, Тоример Ледяные перста, ринулся на помощь, но Роксимер с силой оттолкнул его, вытер рот ладонью и оглушил толпу безумным смехом.
Ошеломлённый народ подхватил радость вождя, и округу захлестнула волна истерических воплей. Игер сглотнул ком в горле и прикусил губу. Толпа азартно топтала ногами выпавший за ночь снег и размахивала десятками посиневших на лютом холоде рук, воздавая славу вождю. В тёмно-синем глазу Роксимера бурлила дикая ярости, скрывающая за собой холодную рассудительность.
Неожиданно по неизвестной Игеру команде крики толпы оборвались. Несколько секунд длилось тяжёлое безмолвие. Только грозный ветер и треск костра смело нарушали угнетающую тишину. Ледяная дрожь пробежала по спине Чёрного древа, когда из-под деревянных масок стражей одновременно вырвалось глухое протяжённое мычание. Люди склонили головы, и десятки голосов разом влились в тоскливую песню. Их возлюбленный вождь, Роксимер Ледяные перста, накинул на плечи богатую меховую накидку и, блаженно прикрыв единственный глаз, покачивался из стороны в сторону, наслаждаясь мелодией, взывающей к желанному покровительству Великого быка.
Тревожное мычание долго сопровождало рождение нового дня. Плотное кольцо толпы постепенно рассосалось. Несколько стражников в красных деревянных масках во главе с Торимером Ледяные перста удалились вслед за вождём, бросив полу сожжённое тело жертвы в стремительно затухающем костре. Ритуальная чаша и изогнутый родовой кинжал остались лежать в снегу около каменного оплавленного алтаря. Когда поляна полностью опустела, безмолвные стражи Приюта морозов по раздельности сопроводили измученных на холоде пленников по домам, искусно превращённым в десятки крохотных тюрем.
Кодорк Ледяные перста угрюмо молчал, устремив взгляд тёмно-синих глаз в потолок. Он не обратил внимания на пришедших. Оргодар Ржавые деньги с отвращением посмотрел на приготовленный девушкой по имени Эрилит завтрак и торопливо уселся около печи, укутавшись в бардовый плащ, а Игер сразу направился в спальню Фоломгера Младшего.
