Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Уехать?.. А почему такая спешка? Почему именно сегодня?
В а д и м П е т р о в и ч. Видите ли…
В е р а. Завтра мое чадо возвращается из пионерлагеря, а я эту неделю в ночную смену. Вот папа за ним и присмотрит. Сашка его так любит! В каждом письме деда вспоминал…
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Сегодня двадцать третье, значит, до школы еще неделя. А у Вадима Петровича — еще неделя отпуска. Почему бы им не провести эту неделю здесь, на воздухе? Поставим Саше во времянке раскладушку…
В а д и м П е т р о в и ч. Татьяна Андреевна, это, право, неудобно…
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Неудобно на раскладушке… мы у Олечки диван возьмем. Идемте, я вам все покажу.
В е р а. Вы меня так выручили! Тогда я его завтра прямо с вокзала — сюда.
К и р и л л. Проклятая олифа, весь заляпался! Рубашки свежей нет?
О л я. Откуда? Мама теперь не стирает.
К и р и л л. В чем же я пойду?
О л я. Возьми у него ацетон!
Нет, подожди! Пока возишься, их и след простынет. Иди так — под пиджаком не видно.
К и р и л л. Иди — не иди, разводи — заводи… Надоело! Сил больше нет!
О л я. Наберись мужества, Кирилл! Осталась неделя… А где же они? Неужели ушли?
Т а т ь я н а А н д р е е в н а
К и р и л л. Какой карапуз?!
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. К Вадиму Петровичу из Крыма приезжает внук.
О л я. И долго он будет тут бегать?..
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Пока его мама в ночную смену.
К и р и л л. Догадались. Мама крымского карапуза.
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Представляете — собираю малину и вдруг вижу в кустах — это! Велосипед стрижовского внука! Хулиганы — покатались и бросили! А бедное дитя, наверное, льет слезы. Пойду его обрадую.
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. К Вадиму Петровичу приехала дочь.
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Прямо с Камчатки? Скажите, как там вулкан Медвежий — еще бурлит?
Разве я сказала что-нибудь смешное?
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Верочка живет в Ленинграде, а не на Камчатке.
В е р а. Конечно! Мы с мужем давно о даче подумываем! Ему на заводе и участок дают, и ссуду. Но строить самим надо, а времени нет. Вот если б такую, как ваша, сразу.
О л я
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Олечка, я не совсем понимаю, что происходит. Кем же они вам приходятся?
О л я. Никем! Мы вынуждены были это сделать ради мамы. Мы не хотели оставлять маму одну, а тут как раз подвернулся Вадим Петрович. Чтоб не было лишних разговоров, мы выдали его за родственника. Но когда увидели, что они с мамой… что у них…
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Что у них?!
О л я. А вы ничего не заметили? Каждый день — новое платье, каждый вечер — прогулки на озеро…
С е р а ф и м а П а в л о в н а. И на турбазу!
К и р и л л. Ну и что? Может, Татьяна Андреевна наконец нашла настоящего друга.
О л я. Это он нашел — дачу, машину! Вон — уже дочка подъехала, мамино приданое смотреть. Завтра здесь внук поселится…
С е р а ф и м а П а в л о в н а. А я-то думала — чего он тут чинит, красит…
К и р и л л. Крашу-то теперь я!
О л я. Помолчи! Я еще не все сказала. Вы знаете, кто он? Затейник!
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Затейник?! Два прихлопа, три притопа?
О л я. Вот именно! Вдова профессора и — затейник! Конечно, мы с Кириллом выше всех этих предрассудков. Но вы же сами знаете, что такое злые языки. При ее давлении это плохо кончится.
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Что же делать, что делать?!
К и р и л л. Поджечь времянку — и все дела!
О л я. Твой юмор в стиле затейника Леши мне уже осточертел!
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Хоть вы-то не ссорьтесь. Надо спасать Татьяну Андреевну! И я, кажется, знаю, как! Наконец-то я отплачу ей за все, что она для меня сделала. Сегодня же выставлю этого авантюриста!
О л я. Только, умоляю, ради бога, деликатно!
С е р а ф и м а П а в л о в н а. Не волнуйтесь, Олечка, — удаление я всегда провожу без боли!
