Утром Антоний выехал на коне, чтобы проверить боевые расчеты и отдать приказы. Медленно осматривал он свои роты. Чаще всего солдаты носили серый имперский цвет, но были и огненные маги, водяные и земляные. Они носили соответствующие плащи и камзолы, кроме мастеров Огня. Здесь полностью исключались красные и рыжие одеяния, чтобы не путать с врагом. Сам же Антоний имел зеленый кафтан Дерева и такой же плащ с серым подбоем. Все воины казались готовыми к бою, хотя и усталость явно проглядывалась.
Армия Столицы удачно расположилась на высоких холмах, огненные маги могли обстреливать врага, перемещающегося по долине. Однако Алоиз не спешил бросать полки в атаку. Король Фринцландии выставил своих рыжих магов, которые в силу правящей стихии Огня имели преимущество перед имперскими. Империя определила в заслон колдунов Железа. Они должны сдержать первый порыв врага. И вот решающая битва началась.
Около полусотни вражеских рыжих магов запустили огненные шары. Снаряды взметнулись в воздух и пали градом в покрытую снегом долину. К счастью, мало какие долетели до позиций Империи, огненные мячики даже не закатились в новый великолепный лес, что самолично вырастил с левого фланга Антоний. Он намеренно сделал этот лес труднопроходимым, состоящим из тонкоствольных березняка и осинника, растущих часто. По его замыслу лес должен сдержать натиск вражеских армий, хотя сильный огонь при хорошей точности магов спалил бы его быстро.
Правый фланг держала вторая имперская рота. Из-за правящей Стали ее руководили железные маги, которые и начали отвечать на огонь врага. Однако, стальные болты из арбалетов, хотя и летели сильно, пробивая любые доспехи, но уступали большим лукам по дальности. Вискарийская рота, стоящая по центру, ответила длинными деревянными стрелами. Содружество дерева и стали показывало свою эффективность. Несколько длинных стрел зацепило огненных магов, и двое, увлекшись волшбой, пропустили атаку. Они кубарем полетели с гор с пробитыми шеями. Остальные, сделав прощальный залп, отступили.
Над долиной потянуло гарью, ветер изменился и повеял на позиции Антония. Несколько минут на поле боя висела мертвая тишина, не предвещающая ничего хорошего. Вскоре она была нарушена. Алоиз сделал очередной ход. Из-за заснеженных холмов полетели огромные огненные снаряды. Даже очень сильный маг не в состоянии запустить такую махину, поэтому использовались инженерные машины. Трое или четверо огневиков создавали сферу и помещали на катапульту, что мгновенно выстреливала, не успев опалиться, ибо специальные люди постоянно обливали ложе машины холодной водой. Такие снаряды могли лететь дальше и несли ужасающие разрушения, а в армейских порядках сеяли ужасную смерть.
Антоний в отчаянии заметил, что одна огненная сфера поразила девственный лес, и огонь понесло на пехотные роты. Солдаты в ужасе стали задыхаться, кашлять, закрывать лица, ломать строй и вносить сумятицу в другие построения, что еще пытались сохранять порядок. Этим воспользовались фринцладцы, моментально командуя атаку. Зазвучала противная боевая труба и в долину хлынули кавалерийские отряды с острозаточенными шпагами. Тяжелые клинки, которые представляли собой даже не шпаги, а узкие и очень острые мечи наносили страшные удары по пехотинцам. Такое оружие превращало битву в мясницкую бойню. Кавалеристы срезали на ходу уши, куски кожи с голов, курносые носы и бороды вместе с губами. А отрубленным пальцам и перебитым незащищенным кистям не было счета. Снег обильно окропился кровью, и обороняющиеся взревели от страха, боли и ужаса. Несколько построений дрогнули, бросили оружие и побежали назад, к ставке Антония. Однако, герцог был готов и к этому. На холмах моментально выросли деревянные маги с каменными лицами. Личная гвардия герцога.
— Назад! Трусы! — взревел Антоний, который тоже стоял среди этих людей в зеленых мантиях. — Мы будем стрелять!
Но его не послушали. Мушкетеры, спотыкаясь на склонах, карабкались наверх с обезумевшими лицами, и тут герцог поднял руку. Десять магов моментально сделали пассы перед собой, и вихрь деревянных срезней скосил первую волну дезертиров. Вторая волна дернулась было вперед, но после нового, более мощного, залпа наткнулась на тела своих. Маги только успели поднять руки в третий раз, как паника прекратилась. Вояки поняли, что лучше погибнуть с честью, чем пасть от рук своих. Какой-то выживший лейтенант закричал громче оружейной пальбы. Ему удалось организовать строй из пары десятков мушкетеров, которые одновременно выстрелили по кавалерии. Несколько всадников и лошадей попадали, раздалось ржание и предсмертные хрипы. Любого кавалериста, павшего с коня, мгновенно окружали ополченцы с мясницкими тесаками и ожесточенно забивали насмерть. Наступление стало захлебываться. Фринцладнцы поняли, что их конница вязнет и скомандовали отход.