Леонид был озадачен: неужели все это время они ошибались, подозревая Луизу в причастности к гибели мужа? Но она же приходила к нотариусу и разговаривала с его помощницей! С другой стороны, приходил и Эдуард: оба заинтересованы в том, что им оставил Карл, поэтому тут, пожалуй, нет ничего удивительного! Есть, конечно, и еще другое объяснение: кто сказал, что незнакомка, уведшая Романа Вагнера из клиники, его знакомая? Вдруг ее кто-то попросил, или нанял, или… Да-а, все сильно усложняется: похоже, придется искать эту женщину, только вот как и где?
– Какие глупости вы говорите!
Марина Вагнер была в ярости. Лера и не предполагала, что она способна на такие сильные эмоции: в прошлую встречу женщина показалась ей довольно спокойной. Однако сейчас все изменилось: матери впервые открытым текстом сказали, что ее сын входит в число подозреваемых, а его алиби оставляет желать лучшего, и она вышла из себя.
– Эдуард никого не способен убить, тем более собственного деда! – воскликнула Марина.
– Со всем уважением, никогда нельзя сказать, на что способен или не способен человек в определенных обстоятельствах! – возразила Лера.
– Зачем, зачем Эдику это делать, скажите?! Они с дедом прекрасно работали вместе… Да у них отношения были гораздо лучше, чем у моего сына с его отцом!
– Незадолго до гибели Карла Эдуард поссорился с ним из-за…
– Да в курсе я, из-за чего! – нервно перебила Леру Марина. – Мой сын всего лишь хотел немного самостоятельности – по-моему, он это заслужил, десять лет проработав бок о бок с дедом, вникая в детали, выполняя все его распоряжения. Он перерос это и решил, что может внести свой собственный вклад в бизнес. Карл был против, но Эдик не сомневался, что со временем сумеет переубедить его. Возможно, момент он выбрал неправильный: Карл как раз вписался в новый проект со строительством очередного ДПЛ… Если хотите мое мнение, ему следовало больше думать о семье, чем о каких-то неизвестных стариках, которым надо было позаботиться о старости до того, как она наступила!
Легко говорить, имея приличный кусок, отхваченный при разводе у бывшего мужа, а также успешного сына, который позаботится о тебе в старости! А вот Карл Вагнер думал о тех, у кого нет таких привилегий, и им тоже надо как-то жить, причем жить достойно, а не выживать.
– Эдик сделал для «Малахитовой шкатулки» не меньше, чем Карл! – продолжала бушевать Марина. – Нет, я, конечно, не пытаюсь умалить достоинства бывшего свекра, но в последнее время он гораздо больше внимания уделял своим домам, а не бизнесу! Карл недостаточно ценил Эдика, воспринимал его, как само собой разумеющееся! Эдик трудился, как раб, а Карл – он просто платил ему зарплату! Не маленькую, конечно, но не такую, чтобы позволить себе купить в своей же фирме украшения для девушки, можете себе представить?! Он пользовался обычными магазинами, когда дарил подарки!
– У вас есть предположения, почему Карл, как вы утверждаете, не ценил вашего сына? – поинтересовалась Лера.
Марина открыла было рот, но осеклась и покачала головой.
– Карл… он во всем был такой, – произнесла она, и у Леры создалось впечатление, что она вдруг стала тщательно подбирать слова, словно опасаясь ляпнуть лишнее. – И в отношении к родным… Вот, к примеру, он совершенно не обращал внимания на Эльзу, которая заслуживает всяческих похвал, ведь она отличница – хотя, прямо скажем, ей не в кого, ведь мамаша у нее никудышная, а Георгий примерным поведением не отличался! Зато с Антоном Карл носился как с писаной торбой, а ведь парень, чего уж там, оторви и выбрось: мало того что наркоман, так еще и вор!
– Вы о том случае с одноклассником?
– Думаете, был только один случай? Карл, пользуясь своим влиянием, деньгами и связями, все заминал, договариваясь с пострадавшими, и дело не выходило за пределы узкого круга посвященных! Луиза, покойница, царство ей небесное, жаловалась, что Антон таскает у нее драгоценности из шкатулки…
– Вы серьезно? – прервала женщину Лера. – Антон воровал у Луизы?
– Как-то она обмолвилась об этом в разговоре с Эдиком, – подтвердила Марина. – И с тех пор начала запирать спальню.
– А Карлу она говорила?
– Чего не знаю, того не знаю, но не удивлюсь, если Карл защищал внука! С другой стороны, он легко мог возместить ей украденное, поэтому не думаю, что Луиза сильно расстраивалась! Карл баловал своим вниманием только тех, кто создавал проблемы, – Антона, Романа… Который, между прочим, вообще ему никто! А Эдик, как и Эльза, всегда оставались на периферии его внимания, так как вели себя прилично и не заставляли деда напрягаться! Как, по-вашему, это справедливо?
Лера вынуждена была признать, что в чем-то Марина Вагнер права: родители, как ни парадоксально, обычно сильнее любят именно тех детей, кто доставляет им больше всего неприятностей. Они жалеют их, ощущая вину за то, что дети выросли такими, и полагая, что допустили ошибки в их воспитании. Те же отпрыски, у кого все благополучно, чувствуют себя ущербными, не получая любви, которой заслуживают!
– Кстати, было все-таки завещание, или нет? – неожиданно сменила тему Марина.
