— Хотел проверить, какой из вас стрелок, дружище, — без прежней злобы, даже по-приятельски ответил Дегриль. — Вы увидели мелькнувшую голову волка и разрядили в него оба ствола. Реакция у вас отменная и нервы крепкие, и вы не трус. Но двустволка, которую вы взяли у Элиота, вам не подходит, она слишком тяжёлая для неопытного стрелка и обладает сильной отдачей. Я сразу об этом как-то не подумал, в обращении с таким ружьём требуется определённая сноровка, которая приходит лишь с опытом.
— Дегриль показал на мишень: — Сами убедитесь — здесь нет дырок, хотя с такого расстояния промазать сложно. Возьмите лучше винтовку у Мэйсона, а ему отдайте свою.
За Дегрилем появился один из его людей, который привёл с собой на поводках «забастовавших» псов (не бросать же бездельников в лесу!). После обмена оружием продолжили преследование втроём.
Примерно через сорок минут Дегриль предупредил, что надо быть на чеку, чтобы не поменяться со зверем ролями:
— Я чувствую он здесь. Он наблюдает — прошептал Дегриль, с опаской поглядывая куда-то вправо.
— Но я никого не слышу, — озадаченно прошептал лётчик, вглядываясь вдаль. У него за спиной охотник философски заметил:
— Человек может жить, заглядывая далеко вперёд, не подозревая, что смерть стоит у него за спиной. Это я к тому, что осторожнее деликатнее надо с людьми. Следует просчитывать последствия своих действий и слов…
Лётчик резко повернулся к нему и внимательно посмотрел в глаза:
— Вы мне угрожаете, Дегриль?
— Ну что вы! — осклабился пират с серьгою в ухе, и похлопал молодого человека по плечу: — Лучше пойдемте дальше, лейтенант! Втроём мы сумеем дожать тварь, остальные были бы нам только обузой, так что пусть проваливают к своим бабам!
Ещё через час был устроен короткий привал. Мэйсон в сторонке возился с собаками. Дегриль присел на бревно, вытянул ноги и заговорил очень спокойно:
— Первого человека я убил в 1915-том ещё в тренировочном лагере, это был мокрица-студент из Оксфорда. Он нелицеприятно отозвался о моём товарище, за это я ударил его, и студент попал в госпиталь. Мне грозил трибунал, но в то время британская армия на континенте несла огромные потери и меня отправили на большую бойню. Видимо начальство рассудило так: всё равно этого парня убьют там в аду через пару недель, максимум через месяц. И они почти угадали: за полгода из моего стрелкового батальона убило всех, но я уцелел. И подался в снайперы, ибо вольных охотников освобождали от всех иных солдатских обязанностей. Требовались законченные подонки, умеющие хорошо убивать со средней и дальней дистанции. Работёнка оказалась по мне! За каждого убитого «Фрица» я получал неплохие деньги… Да! Чуть не забыл сказать — театрально спохватился Дегриль. — Примерно через три месяца я получил из Англии письмо от знакомого сержанта, он написал что студент, которого я ударил, скончался в госпитале от кровоизлияния в мозг.
— Зачем вы это мне рассказываете?
— А затем, что мы оба солдаты. И хотя я и законченный мерзавец, мне всё же не доставит удовольствие то, что я должен сделать. — Дегриль перевёл глаза своего дружка. В ответ тот понимающе кивнул с ухмылочкой, подмигнул, и рявкнул своим псам: — Фас!
Клыкастые твари бросились на Болдуина. На коленях у лейтенанта лежало ружьё, он успел его поднять и даже нажал на курок, но вместо выстрела последовал лишь сухой щелчок. В следующую секунду псы налетели на него.
Дегриль слукавил, ему было любопытно наблюдать за тем, как волкодавы разрывают на куски человека. Редкое зрелище! Не часто в жизни такое увидишь. Оставив ружьё, Даг поднялся и подошёл ближе, чтобы ничего не упустить. Глядя во все глаза как обезумившие от крови упыри терзают извивающееся на земле тело, Даг сдвинул брови и сцепил мощные челюсти — так, что по скулам его ходили желваки. А вот его дружка ужасно развеселил бешеный танец жертвы, дрыгающейся в пляске смерти. Но ни Мэйсон, ни Дегриль никак не ожидали, что обречённый лётчик преподнесёт им напоследок неприятный сюрприз. Звуки ожесточённой возни, рычание, жадное поскуливание и стоны слились в один вой, и вдруг оттуда — из клубка сцепившихся тел — треснул выстрел — это лейтенант сумел вытащить из кармана револьвер.
В ногу Дегрилю словно всадили шприц с толстой иглой. С проклятием он схватился за штанину и почувствовал под рукой мокрое и тёплое. Осел на землю. И тут какая-то тень взметнулась из-за дерева и разметала волкодавов. Отвратительный хруст ломаемых позвонков и жалобный собачий визг заставили только что веселившегося Мэйсона в панике кинулся наутёк. А огромный бурого окраса волк, с ходу покончив с одним из псов, схватил зубами за бок второго и отшвырнул его от лейтенанта далеко в сторону, словно тряпку. Два уцелевших волкодава мгновенно испарились вслед за Мэйсоном.
