…Скарлетт всерьёз занервничала, не зная, чего ожидать от громил, которые перекрыли им выход из дома. В одном из них она узнала личного телохранителя графа — огромного викингоподобного Ранульфа. По его грубому малоподвижному лицу невозможно было ничего понять. Но можно было не сомневаться: что бы не приказал ему хозяин, «викинг» ни перед чем не остановиться. Голова второго охранника была напряжённо втянута в плечи, в руках он сжимал дробовик крупного калибра. Назревало что-то очень нехорошее.
За спинами у девушек скрипнула подошва. Скарлетт оглянулась и увидела грозную фигуру графа. С ним был секретарь и ещё кто-то, кого пока плохо было видно в тени коридора.
— Иди ко мне, дочь моя, — велел граф Флоре. — Мой секретарь и Ранульф проводят твоих гостей до границы поместья.
— Нет, отец! Эти люди не сделали ничего плохого. Они здесь только потому, что я попросил их об этом. Они мои друзья, а значит и ваши тоже.
— Не верьте им, батюшка! — воскликнула появившаяся из-за широкой спины графа Клэр. — Друзья так не приходят — тайком, по-воровски. Когда приходят с добром, не переодеваются мужчиной, чтобы не быть узнанной. Эта американка и её муж шпионят за нашей семьёй с первого дня, а кое-кто им помогает — всё вынюхивать.
Рассерженная Флора велела сестре замолчать:
— Если ты ещё раз посмеешь настраивать моего отца против меня, клянусь Богом, я добьюсь, чтобы тебя вышвырнули вон из нашего дома!
Но угроза не подействовала, Клэр будто не услышала её:
— Эти люди, отец, проникли в ваш кабинет с какой-то определённой целью, — младшая Ланарк вплотную приблизилась к незваным гостям, чтобы лучше их рассмотреть. — Зачем они пришли? Велите им объяснить. Пусть вначале докажут, что не вступили в сговор с вашими врагами.
— Ах ты маленькая негодяйка! Запустила свои коготки в моего отца и думаешь я позволю! Не надейся, что если мать умрёт, ты останешься тут полной хозяйкой. Я этого не допущу! Тебе следует знать своё место! — в ярости Флора замахнулась на сестру. Находившийся ближе всех лейтенант Болдун быстро шагнул к ней и успел перехватить занесённую для пощёчины руку: — Вам не к лицу так поступать, мисс.
Флора опешила:
— Ах вот значит как?!.. А я то не верила сплетням про вас и эту интриганку! Зато теперь я убедилась, на чьей вы стороне.
Лейтенант отвёл взгляд и молча встал рядом с Клэр и её отцом. Скалли сделалось совсем не по себе: из них троих, — пришедших в этот дом, — похоже лишь она одна осталась незащищенная тайным сговором или семейным родством с хозяином дома. Вэй вдруг в полной мере осознала, что в своих владениях граф может сделать с ней абсолютно всё, что захочет.
— Уходите, миссис, — прорычал ей сэр Уильям. — Мои люди проводят вас.
Вэй покорно поплелась к дверям и вдруг услышала за спиной:
— Отец! — это Флора в последний раз отчаянно бросилась на её защиту: — Муж миссис Вэй — известный писатель. Если до утра она не вернётся в гостиницу, мистер Флетчер поднимет на ноги половину полиции Великобритании: на всякий случай я попросила миссис Вэй оставить записку для супруга, и даже вам с вашими связями не удастся замять дело.
Помолчав и явно оценив ситуацию, граф смилостивился:
— Ла-а-адно…только обещайте завтра же сесть с мужем в поезд; и возвращайтесь к себе в Лондон.
И тут на Вэй словно что-то накатило:
— Я не могу этого обещать, так как дала себе слово разобраться в гибели вашей дочери.
— К чему вам это? — чувствовалось, что граф озадачен таким упорством. — Вас ведь это не коснулось.
— По некоторым причинам для меня это не менее важно. Можете делать со мной что угодно, но я не отступлюсь.
Услышав это, граф снова помолчал, затем развернулся и ушёл. За ним последовали его слуги и младшая дочь. А через полчаса к главному подъезду «Замка» был подан «Серебряный призрак», чтобы отвезти Вэй в гостиницу.
— Вы победили! — всё ещё не могла поверить восхищённая Флора. — Он вас не тронул. Хотя, если честно, я боялась за вас. — Молодая графиня отправилась провожать американку на машине, но по приезду в город они сразу не расстались; прежде чем вернуться обратно в поместье, Флоре всё ещё о многом хотелось поговорить.
Вэй улыбнулась:
— Если честно, я тоже струхнула: «А если сейчас меня тут пристукнут», — подумала я. Но что-то подсказало мне, что нельзя показывать свой страх. Ваш отец…он… — Вэй задумалась, как сказать так, чтобы не обидеть девушку.
Флора избавила её от затруднений:
— Лучше я сама расскажу вам всю правду, чем вас станут кормить здесь слухами… Отец не всегда был таким. В детстве мы любили его, я помню как забиралась к нему на колени, когда папа работал в кабинете; как он учил нас держаться в седле на специально купленных пони; читал книги на ночь; играл с нами. Раньше отец был сильный и добрый… Но с некоторых пор с ним происходит что-то нехорошее. У него бывают странные видения, но он не доверяет врачам, — боится, что его упекут в сумасшедший дом. Это усугубляется периодами, когда он начинает много пить.
— Возможно, вам стоит объяснить ему, что помощь опытного психиатра не обязательно ведёт к заключению в лечебницу для душевнобольных.
