— К случайностям надо быть готовым, — возразила охотница, подбирая с земли свое оружие. — А еще у вас очень светлые лица, и с этим что-то нужно делать.
— Что? — Итиль мельком оглядел лица своих воинов.
Ли лукаво усмехнулась, предвкушая ярость носатого, затем наклонилась, испачкав руку в смесь влажного суглинка под своими ногами. Резко выпрямившись, она провела грязной пятерней по лицу эльфа, раскрасив его, как енота.
— Вот теперь у тебя и нос не отсвечивает, — подмигнула охотница опешившему эльфу.
— Ты… — задохнулся от негодования носатый.
— Ли, — протянула ему руку девушка, весело улыбаясь. — Для друзей я Ли.
Эльф несколько секунд растерянно смотрел в ее глаза, а после, шумно выдохнув, сжал тонкую девичью ладонь, изумившись, насколько крепким оказалось ее рукопожатие.
— Итиль. Для друзей я Итиль. Кто научил тебя так драться?
— Жизнь. И один очень хороший человек, — спокойно и серьезно ответила охотница.
— Meletyalda, — Итиль повернулся к Элладриилу. — Я прошу прощения за высказанное сомнение. Она принимается в ольдт.
— Что такое ольдт? — нахмурилась Ли.
— Элитный отряд, охраняющий Meletyalda, — с гордостью произнес Итиль.
— Почему он называет тебя Meletyalda? — Ли повернулась к ушастику, подозрительно разглядывая его. — Ты же сказал, что тебя зовут Элладриил.
Эльфы воровато переглянулись и Итиль незамедлительно ответил:
— Это почтительное обращение к благородному эльфу.
— Что-то вроде оллинга? — поинтересовалась Ли.
— Совершенно верно, — кивнул Итиль, снова бегло переглянувшись с Элладриилом.
— Если я принята на службу, мне тоже следует называть тебя Meletyalda? — обратилась Ли к внимательно следившему за ней остроухому.
— Для друзей я Элл, — Элладриил, широко улыбаясь, протянул ей руку. — Мне ведь можно тоже называть тебя Ли?
— Можно, — дружелюбно кивнула девушка.
— Дайте ей лучшее оружие, — распорядился Итиль, подав знак своим воинам.
— Лучшее оружие — то, в котором ты уверен, — усмехнулась Ли и, дернув рукой, продемонстрировала зажатый в ладони сай. — Лук мне хороший дайте. Остальное у меня есть.
Итиль, величаво склонив голову, протянул ей свой.
— Пойдет? — усмехнулся он, глядя на то, как придирчиво девушка осматривает оружие.
— Пойдет, — сообщила Оливия, а затем, схватив его ладонь, ссыпала в нее горку отрезанных пуговиц.
Итиль изумленно поднял руку, обнаружив, что высокий манжет его рукава болтается и полностью расстегнут.
— Когда ты успела? — вытаращил он глаза на девушку, а после перевел взгляд на откровенно хохочущего Элладриила.
— Пока ты задирал свой высокомерный нос, — подмигнула ему охотница, а потом, хлопнув эльфа по плечу, заявила: — Не переживай, я пришью. Шить я тоже умею.
— Подозреваю, что это не все твои таланты, — лукаво прищурился Элладриил.
Оливия скромно пожала плечами и вдруг замерла, резко бросив испуганный взгляд на Итиля.
— Ты сказал, что ты сын короля лесных эльфов, — тревожно припомнила она, потом, помрачнев, посмотрела в глаза Элладимира. — Если тебя охраняет сын короля, кто ты? Что означает Meletyalda? Только не ври.
— Владыка, — нехотя ответил эльф.
Кассэль дель Орэн вот уже несколько недель носился по всему приграничью в поисках своей сбежавшей супруги. Первоначальный план броситься за ней в погоню вместе в Деррэком и воинами пришлось изменить. Вмешательство рыжего все меняло. Время было безнадежно упущено, и герцог, покидая Ястребиный Коготь, уповал на Всевидящего, чтобы кордоны не успели пропустить их через горы до его появления. Перелетев в Алахонт, он собрал два небольших отряда, один из которых отправил к каменным воротам, а с другим поехал к зубчатому хребту.
Два дня дневного и ночного бдения у проходов оказались безрезультатными: кроме гномов, возвращающихся домой после удачной торговли, границ империи никто не пересекал. Ориентировки на сбежавшую троицу были разосланы по всем заставам, но ежедневно приходящие сводки с севера, юга и востока неизменно гласили, что разыскиваемые лица там не появлялись.
Мерзавка обвела его вокруг пальца. Касс подозревал, что пока он бесплодно искал ее у границ, она с рыжим и мальчишкой направилась вглубь империи и затаилась в каком-нибудь тихом и укромном месте. А обнаружить пусть даже такую колоритную компанию на территории огромной империи — это все равно, что искать иголку в стоге сена.
Глухая досада медленно перетекала в затаенную ярость, и Касс клял себя на чем свет стоит за то, что не взял дерзкую охотницу с собой в Азаандар. Оставь он ее в столичном доме, возможно, она и разгромила бы там все к гребаному Раннагару, но, по крайней мере, выбраться из города не смогла бы.
