— И как она нас найдет? — не унимался мальчик.
— Ли знает все места, где я могу залечь на дно, — пояснил мастрим. — И охотничье зимовье в лесу заблудших — одно из них. Или оставит весточку Зигги.
— Возьми меня с собой сегодня в город, — попросил Лэйн.
— Нет, сынок, прости. Чем меньше мы будем появляться на людях вместе, тем для нас же безопаснее. Слишком мало времени прошло с момента нашего побега.
— Да тебя в таком виде даже Зигги не сразу узнал, — обиженно надулся мальчишка. — И я могу, как в прошлый раз, в девчонку переодеться.
Джедд расхохотался, вспоминая, как малец натянул на себя платье, а его самого заставил покрасить волосы отваром коры какого-то дерева, в результате чего мастрим из рыжего превратился в шатена. Да уж, чего-чего, а сообразительности и смекалки у пацаненка было не отнять, и Джедд иногда диву давался, откуда только что берется в его маленькой русой головке.
— Нет, Лэйни, не сегодня, — ласково погладил мальчика охотник. — Я быстро съезжу к Зигги, заберу деньги за дичь, куплю хлеба, табака и тебе чего-нибудь сладкого.
— Не надо мне сладкого, я уже большой, — запротестовал Лэйн, хотя, если честно, именно ради вкуснющих орехов в медовом сиропе, которыми его угощал Большой Зигги, мальчик и хотел попасть в город.
— Так уж и не надо? — лукаво прищурился Джедд, зная любовь мальчишки к сладкому. — Ну, тогда я себе возьму. Знаешь, хочется иногда, — тихо посмеиваясь, заявил он. — А ты к моему приезду похлебку приготовь. И травок, что в прошлый раз добавлял туда, брось. Вкусно получилось.
Лэйн гордо выпрямил спину и чуть ли не в припрыжку поскакал по ступенькам старенького сруба, затерявшегося в самом сердце леса заблудших, захватив на ходу сохший на крыльце котелок. Мальчику нравилось, когда Джедд его за что-либо хвалил, и охотник при любом удобном случае старался поощрять постреленка за хорошо сделанную работу.
Оседлав кобылу, мастрим сорвался на быстрый галоп, рассчитывая засветло вернуться обратно.
В Палмусе он всегда осторожничал: лошадь оставлял на постоялом дворе у самой окраины города, потом долго петлял по тихим улочкам, проверяя, не следит ли кто за ним, и только когда убеждался, что хвоста за ним нет, направлялся в таверну к Большому Зигги. Огромный и грузный здоровяк когда-то и сам был мастримом, и в былые времена они с Джеддом не одну пару сапог стоптали, путешествуя по империи, но после того, как в схватке с харгарном Зигги потерял ступню, охотнику пришлось забросить привычное ремесло и на отложенные деньги открыть небольшую таверну.
Мясо и дичь Зигги всегда покупал у мастримов, да и просто выручал, когда кому-то нужен был ночлег или помощь. Вот и сейчас Джедд собирался забрать у него деньги за оленину и фазанов, оставленных на прошлой неделе.
Войдя в зал, заполненный людьми, Джедд с порога зыркнул на стоявшего за стойкой друга, но, заметив, как тот потер правое ухо, подавая условный знак, тут же вышел на улицу. Мастрим тревожно оглянулся по сторонам, затем, быстро обогнув дом, вошел на задний двор и спрятался за сложенными у стены дровами.
Зигги появился через минуту. Медленно снимая с кучи поленья, он тихо прошептал притаившемуся за углом Джедду:
— Тебя искали.
— Кто?
— Мастрим. Не видел я его никогда раньше. Молодой, не из нашей братии.
— Чего хотел?
— Деньги за пушнину оставил. Сказал, что Горанд Тайги просил передать.
Джедд потер подбородок и удивленно хмыкнул:
— Странно, Горанд сейчас, по идее, только до Крумвера должен был добраться. Откуда выручка?
— Может, продал кому из твоих старых клиентов по дороге? — Зигги вытащил из-за пазухи увесистый кошель, быстро сунув его Джедду. — Тут и за мясо.
— А как выглядел мастрим? — Джедд спрятал деньги, собираясь уходить.
— Лицо не разглядел, оно у него капюшоном закрыто было. А так — здоровый. Выше тебя, да и в плечах шире. Я ему сказал, что давно тебя не видел и знать не знаю, когда увижу, а он деньги мне сунул, развернулся и ушел. Может, конечно, и правда посыльный от Горанда, но ты не приходи пока сюда, а я послежу, что да как…
— Хорошо, — Джедд выскользнул из укрытия и, не оглядываясь, торопливо пошагал вверх по улице. Добравшись до места, где оставил лошадь, он немного покрутился вокруг да около, а потом, не обнаружив ничего подозрительного, забрал кобылу и поспешно направился обратно в лес.
Уже на подъезде к дому внутреннее чутье охотника назойливо стало бить тревогу, словно угадывая тревожные эманации, струящиеся по воздуху. Несколько раз он останавливался, прислушиваясь к голосу леса, оглядывался по сторонам, втягивал носом запах и… ничего.
— Это все из-за слов Зигги, — твердил себе Джедд. — У страха глаза велики.
И все же на душе у него было неспокойно, а объяснить причину своих подозрений охотник никак не мог. Ему подсознательно что-то не нравилось и почему-то упорно казалось, что за ним очень незаметно и умело следят.
Поднимаясь по ступеням в дом, он несколько раз оглянулся, а потом, открыв двери, бросил с порога выбежавшему ему навстречу мальчишке:
— Лэйни, сынок, быстро собирай вещи. Мы уезжаем.
