— Это уже интересно, — Гончий откинулся в кресле, — ты сама по себе. Ты знаешь хаосгосский?
Так вот как его метка работает? Он просто читает мысли? Странно, что Гончий еще не впал в культурный шок от всей той брани и тех эпитетов, которыми я его в данный момент награждаю. Изысканными, надо сказать. Если бы за оскорбления и обзывательства давали премию, я бы послала весь состав комиссии жюри, когда они дали бы мне первое место.
— Знаешь, кошки — обычные животные. Как мои собаки в псарне, которые реагируют на примитивные команды. Кошки не могут знать языки, не могут переводить древние пророчества или метки проклятий. Значит, ты у меня не обычный зверь. Ты попала в руки Фаркаса специально? Чтобы проникнуть в этот особняк?
Ого! Этот тип в моем мире носил бы шапочку из фольги и на перекрестках пытался всем доказать, что за ним правительство следит из «тиливизера». Как вообще можно было выстроить такую схему? И зачем мне, скажи на милость, специально проникать в особняк? Да еще в руки такого садиста, как ты?
— Нет. Твое появление — случайность. — Гончий в задумчивости уставился в окно.
Вроде бы обычный человек должен был радоваться, что не приютил под своим боком какого-то там шпиона. Но наш товарищ наоборот расстроен. Теория затрещала по швам, а вопросы не просто остались, их стало еще больше.
Зато у меня все вопросы отпали.
Он — мой враг. Его цели, какими бы они ни были — для него важнее всего. Неважно, кто при этом пострадает и какие моральные нормы ему придется нарушить. Да он вообще с радостью перешагнет любые границы.
— Мне не приносит удовольствия мучить живое существо, — серые глаза опять смотрели на меня. Ага, верю. Разбежалась и поверила, — есть то, что делать необходимо. И ты, кажется, даже не знаешь, кто такие Смотрящие.
Мы ведь уже выяснили, что я к ним отношения никакого не имею. Откуда мне вообще знать о них?
— Они служат Храму Хаоса. Приставлены следить за теми, кто носит рабскую метку. Или метку проклятия, называй как хочешь. Ты ее видела. Я слышал истории, когда они делали это глазами животных, но, как мы уже выяснили, ты — не та ситуация.
Теперь у меня появилось больше вопросов, чем было. Но, честно говоря, ответы уже были не интересны.
— В тот раз, когда ты пролила чернила на мой перевод, ты сделала это случайно или потому что он был неверен?
А не ясно, что ли?
— Специально, — кивнул он своим мыслям. Мои мысли, похоже, он не начал читать. И на том спасибо. Каждый раз, когда она задавал вопрос, метка, моя метка, начинала чесаться, отвратительное ощущение, честно говоря. Будто какая-то живность размножалась. По крайней мере, она уже не переговаривалась с кулоном, что было не просто отвратительно, но еще и очень жутко.
Гончий, наконец, достал ту самую книгу, из-за которой все это началось. Имею ввиду, ту ситуацию, в которой я оказалась. Не сводя с меня глаз, он раскрыл на одной из старых страниц, а после достал исписанные листы.
— Подойди сюда, — я сидела с самым гордым и независимым видом, который только могла проявить. Но любопытство, да-да, в который раз, кажется, сгубит кошку. С тем же гордым и независимым видом пошла к Гончему. Чего уж скрывать. Он уже знает, что я не просто животное, а прекрасно его понимаю, к тому же умею читать и почти умею писать. Все дело лишь в лапках, — этот перевод верен?
На листе был почерк не Гончего. Пришлось заставить себя проигнорировать пятна крови и вчитаться в текст. Перевода было немного, лишь краткий рассказ о борьбе Хаоса и Порядка, которая была несколько тысяч лет. Борьба как между Богами, которая погубила много жизней, так и между храмами. Порядок победил, занял лидирующие позиции и стал уничтожать храмы Хаоса, а их последователей и жрецов предал казням и гонениям. Тогда закончилась кровопролитная война. Тот, кто писал этот текст, говорил о благом наследии, которое Порядок дарил своим приспешникам. А также возвышал те законы и морали, которые должны передаваться из поколений в поколения.
Теперь понятно, что такое Хаос и Порядок. Это две религии. Знакомая ситуация, даже в нашем мире. Причем даже в названиях заложено, что одна — хорошая, а вторая — не очень. Именно Хаос начал войну против Порядка, даже будучи малочисленным и слабым. Якобы из-за своей гордыни храм Хаоса отказал храму Порядка в союзе и мирном существовании.
Вот только…
Перевод кажется верным, почти. Если взять техническую часть, то один лист перевода содержит в себе с пару десятков страниц оригинального текста. Имея на руках хоть какой-то перевод, близкий к тексту, может показаться, что все правильно. Но я уже зацепилась за некоторые нестыковки. Во-первых, логичная: хаосгосский — язык Хаоса. То есть важнейшие книги написаны языком проигравших? На языке тех, кто тысячелетьями под запретом и подвергается гонениям?