Но она поняла по-своему: он выбрал не ее. Долг важнее.
А смел ли он надеяться, что Полина выберет Гончего? Что изящная кошка полюбит сторожевого пса?
Нет.
Впервые в жизни он струсил. И врал самому себе, что все ради этой девушки. Боялся, что она уйдет, забудет, а он не вырежет ее образ из сердца никогда. Что она оставит воронку из пустоты на том месте, где оставила свой яркий след.
А вот Мышка оказалась куда храбрее его.
Воспоминания о том, что произошло на площади, отдавались черным кошмаром каждый раз, когда всплывали.
Идиот Варнил, возомнивший себя Богом, и маленькая, хрупкая Мышка с его кинжалом в руке. Гончий собирался подарить этот клинок девушке, когда все закончится. Он уже давно заметил, что Мышка любит все красивое так же, как и ее дурацкий ворон, который не затыкался ни на минуту.
Но и он улетел. Гончий пытался найти ворона, которого она прозвала Женьком, чтобы сохранить хотя бы одну нить между ним и его Мышкой. Искал неделями, но безрезультатно.
«Ты не имела права, — его голос срывался, — ты не имела… мать твою… ты не имела…»
Он сжимал ее хрупкое тело. Из живота текла кровь, слишком много от колотой раны. Из крови золотыми жилками в землю проникала Сила, которую она выпустила.
Гончий не помнил, что произошло с Варнилом. Просто не смотрел. Он видел лишь зеленые глаза, смотревшие на него когда-то с вызовом. Но в них больше не было жизни.
Он в отчаянии звал ее, гладил желанное лицо, оставляя кровавые пятна, целовал застывшие губы, о которых раньше не смел мечтать. Но она не отвечала…
Мышка была права. Он раз за разом выбирал не ее. Но… ему просто надо было дать немного времени, еще немного. Он бы нашел путь. Но не ценой Полины.
Эта жертва оказалась для него непосильной.
Справиться с потерей никак не получалось.
Все, что он мог, — это сделать то, что Полина одобрила бы. Каждый раз, когда он принимал решение, видел перед собой призрачные кошачьи глаза. Надеялся, что они посмотрят на него с одобрением.
Зарина решила возродить храм Порядка таким, каким он должен быть. Он ей помогал. Вообще Мышка бы удивилась своей сестре: мало того, что она взялась за возвращение былого величия Храму, так вознамерилась вернуть и прежнее доверие людей. Стереть все те ужасы, которые творили фанатичные жрецы.
Более того, Зарина начала долгий путь становления Верховной Жрицей Порядка. Длинный, тяжелый. Не покидала храм, дала обет молчания и каждый раз странно смотрела на Гончего, когда он приходил поговорить об ее сестре.
Старая леди Колин восстанавливала храм Хаоса — идеально для баланса.
Катарина сказала, что его Мышка рисковала жизнью ради тела своего отца. Гончий организовал достойные похороны. Лорд Колин ушел с честью. Это теперь знали все.
Тогда на площади все закончилось светом. На миг все ослепли. Гончий сжимал девушку в своих руках, а после ушли и Порядок, и Хаос. Исчезла и Полина…
Старый жрец Порядка — отец Зарины сказал, что источники возрождены, правило чистоты крови королей вернулось, что все теперь так, как было до начала конца. И что проход в мир Полины и Зарины теперь закрыт.
Возможно, через несколько тысяч лет все опять повторится, может, люди поумнеют.
На площади, когда все закончилось, среди тел и пепла был лишь Гончий, стоящий на коленях, а в руках остался медальон с рубином, который он когда-то навесил на девушку, как ошейник. И бесконечная, глухая боль внутри.
Цена оказалась слишком велика, а он не знал, не догадывался, что будет неспособен ее заплатить.
— Нам нужен союз с Горным народом, — совет продолжался, хотя мужчина мечтал остаться один. Или забыться, хоть как-то, — нам нужен брачный союз, милорд.
— Совет окончен, — резко бросил Гончий.
— Но, милорд…
— Я сказал, — процедил он, чеканя каждое слово, — окончен.
Только свадьбы ему не хватало.
Будь они все прокляты.
Вечером он все еще сидел за столом, разбирал бумаги, как в кабинет вошла Катарина.
— Ты выглядишь страшнее, чем обычно, — мягко улыбнулась она.
— Добра как никогда, — Гончий устало откинулся в рабочем кресле, потирая переносицу, — как мои наследники?
— Не называй племянников наследниками, — фыркнула его сестра, — ты обзаведёшься своими. Но спасибо. Они замечательно, Рейнар сегодня брал первый урок фехтования. Полина, она…
— Не надо.
— Извини, я просто хотела сказать, как благодарна ей. — Все же закончила свою мысль Катарина. Лишь маленький круг людей знал, что именно сделала девушка из другого мира, как она всем помогла. Но он все равно не любил, когда о ней говорили, будто, если кто-то будет вспоминать Полину слишком часто, он отнимет часть ее из сердца Гончего А она должна остаться только его, вся.
Катарина поставила на стол корзинку, накрытую шерстяным одеялом:
— Смотри, что я сегодня нашла. — Она аккуратно откинула уголок.
Ее брат без особого интереса наклонился, заглянув внутрь корзины.
— Они снова вернулись, — тихо проговорила Катарина.
Из корзины на мужчину смотрели сонные глазки маленького черного котенка.
Гончий впервые за долгое время улыбнулся.
И опять я в лесу.