– Карен? – проговорил он, спускаясь по ступенькам. – Почему ты вышла на улицу без куртки? Что подумают соседи?
Теперь я совершенно чётко услышала, что он произнёс «Карен», а не «Киран».
Я, подозрительно прищурившись, посмотрела на него, потом – на маму. Родители всегда были чудаковаты, но в этот раз чудаковатость зашкаливала. Это было совсем на них не похоже. Маму с папой никогда не волновало, что скажут соседи, и уж точно они не путали моё имя.
– Мама, папа, послушайте, мне нужна ваша помощь. Лалкамал попал в беду…
– Кто? – рассеянно спросила мама.
Я вгляделась в неё ещё внимательнее. В чём дело? Что с ними стряслось? Мой взгляд упал на настенный календарь. Мама всегда аккуратно зачёркивала на нём прошедшие дни. Судя по календарю, кротовая нора вернула меня в февральское утро того понедельника, когда я прямо из школы перенеслась в Запредельное царство. Тогда становилось понятно, почему родители спокойно отнеслись к моему возвращению. Они даже не догадывались, что меня так долго не было!
– Столько всего произошло! Мне не верится, что я снова дома!
Я огляделась со слезами на глазах. Хм, появилась новая маленькая люстра. И запах стоял другой. Обычно в нашем доме пахло едой, которую готовила мама, или сандаловыми палочками, которые она зажигала каждый день. Но сегодня все благоухало ванильным освежителем воздуха.
– Спокойнее, спокойнее, юная леди, – сказала мама, похлопав меня по спине твёрдыми несгибающимися пальцами.
Я с испугом заметила, что у неё – искуственные, длинные и ярко-красные ногти, вместо её обычных, коротких и ненакрашенных, и только после этого вдруг осознала, что родители вообще выглядят не так, как всегда. Мамины длинные волосы были коротко острижены и завиты, как у мамаши из американского ситкома. Она была одета в уродливый деловой костюм из полиэстера с блестящими медными пуговицами, точно такими же, как на папином, не менее уродливом, блейзере. Я отчаянно заморгала в надежде, что мне снится страшный сон. Ни разу в жизни я не видела их в такой одежде. Обычно мама носила уютные хлопчатобумажные сари, а папа – старую курту-паджаму. И они никогда не ходили дома в уличной обуви!
– Карен! – снова прикрикнул папа, топнув ногой в ботинке. Папины губы были так плотно сжаты, что стали тонкими-претонкими. – Что с тобой, моя девочка? Слишком много эмоций.
– Ч-чего? – Я начала заикаться.
Мои мама с папой должны были первыми осыпать меня поцелуями и задушить в объятиях. Кажется, они не только выглядели иначе, но и вели себя совершенно по-другому. Они были так холодны, так не похожи на самих себя, что мои глаза снова наполнились слезами.
– Вы не поверите тому, что произошло, – сделала я ещё одну попытку. – В Запредельном царстве!
– Зэпрэдэльном цэрстве? – Мама брезгливо поморщилась, одновременно быстро набирая сообщение в мобильном телефоне. – Не хочу слышать про эту зэпрэдэльную дыру! Мы теперь живём здесь, в Нью-Джерс-си.
– Я спасала Нила, – попыталась объяснить я. – Из подводной тюрьмы. И там была игра, шоу… битва. Постойте, но вы же, наверное, видели что-то по спутниковому телевидению? Лала похитили и спрятали где-то здесь, в Нью-Джерси. А Шеша придумал новый коварный план. Я пока не очень понимаю, какой, но это связано с неким Антихаосным комитетом.
– Вот это похоже на правду! В Запредельном царстве всегда царит хаос. Такое старое, грязное, отсталое измерение, – с неестественным пылом воскликнул папа. – Видишь, как тебе повезло, что ты выросла здесь, а не там!
– О чём ты говоришь? Ты же так не думаешь!
Ни за что на свете не поверила бы, что родители способны так плохо отзываться о Запредельном царстве. Они ведь любили свою родину и всегда мечтали о том, чтобы я принимала все стороны своей личности и гордилась своим происхождением.
– Мы тэпэрь ам-ри-канцы. – Мама поцокала языком и взбила налаченные волосы. – Это страна возможностей, разве не знаэшь?
– Я н-не говорю, что мы не американцы, и п-помню про возможности. – Я снова начала заикаться. – Н-но это не значит, что мы не должны гордиться своими корнями.
– Ох уж эти сложные имена и названия, написанные через дефис. Всё это давно устарело! Места под солнцем хватает только победителям! Это относится и к странам, и к национальностям, – бросил папа, тоже уставившись в телефон. – Если и появился какой-то Антихаосный – как там твоя матушка его назвала? – комитет, то это именно то, что требуется Запредельному царству. Давно пора избавиться от всякого хаоса и навести там порядок.
– Но мы же говорим о Шеше! – попыталась объяснить я дрожащим голосом.
Я побеждала чудовищ и сражалась с демонами, но видеть родителей, которые с такой ненавистью и презрением отзывались о нашем родном измерении, оказалось страшнее всего на свете.
– Тебе пора в школу, – сказала мама, надув пузырь из жвачки и громко лопнув его. – Ну-ка бегом!
– Смотри там, не ленись, – добавил папа. – И не забивай свою хорошенькую головку тем, что происходит в Запредельном царстве. Будь хорошей девочкой!
– Выше нос, Карен, дорогая. Держи уши торчком, а хвост пистолетом! – договорила мама.
