Я не договорила. Было очевидно, что за это время в Парсиппани много чего переменилось. Шейди Сэйди, учёная леди, вела передачу на общественном образовательном канале, и я смотрела и обожала эту передачу всю свою жизнь, сколько себя помнила. Но мне было точно известно, что она не работала в лаборатории по расщеплению атома. Она вообще никогда не бывала в Парсиппани, Нью-Джерси. (Ну правда, если бы она работала в Парсиппани, я – её величайшая фанатка – каждый день торчала бы у неё под дверью с просьбой об автографе или типа того).
С того момента, как удалось решить головоломку с тремя ключами и проникнуть в кротовую нору сквозь крошечную дверцу, я словно находилась в какой-то безумной версии собственной жизни. До сих пор всё, что со мной происходило, напоминало кошмар – поведение родителей, поменявшиеся местами подруга и врагиня, исчезновение Найи. И только появление в школе моего обожаемого научного светила мультивселенной стало ожившей мечтой!
Может быть, если мне удастся остаться с Шейди Сэйди наедине хоть на пару минут, она поможет мне понять, что происходит и как попасть в нужную версию Нью-Джерси? Ту версию, где томился в темнице бедняга Лал.
Джови втащила меня в актовый зал, где, как обычно, было супершумно и весело. Но стоило директрисе Чень подойти к сцене, как весь зал мгновенно затих. Даже самые отпетые хулиганы знали, что наша директриса пленных не берёт и второго шанса не даёт, и только полный идиот станет конфликтовать с этой некрупной, но смертельно опасной дамой. Директриса Чень по-прежнему была беременна, как и в тот понедельник, когда она гналась за мной на внедорожнике по обледенелому футбольному полю. Я очень, очень надеялась, что она об этом не помнит.
– Ну спасибо, дорогие ученики. Спасибо за то, что снизили уровень шума до монотонного гула, – сказала директриса. – Я так надеялась, что вы не станете позориться перед нашей дорогой гостьей. Отчасти вы оправдали мои надежды. – Директриса обвела нас взглядом сквозь розовые очки «кошачий глаз» с прозрачными камушками в уголках оправы.
Директриса Чень была такой же, как всегда, с одним лишь отличием – её абсолютно прямые волосы были завиты в локоны, обрамляющие лицо. Ха, когда это наша строгая начальница успела сделать завивку?
– Я знаю, что некоторые из вас признают важность естественно-научных предметов только в том случае, если на них падает отсвет популярности какой-либо знаменитости, – продолжила директриса. – Ну хоть так. Конечно, в нашем солипсическом, поглощённом селфи обществе уважают только тех учёных, которые ведут собственную передачу на телевидении.
– Интересно директриса её представляет, – рассмеялась Джови. – Почему-то мне кажется, что Шейди Сэйди пригласил кто угодно, но только не наша НедоуЧень.
– НедоуЧень? – переспросила я.
– Ага, – ответила Зузу, плюхнувшись с другой стороны от меня. – Тебе не кажется, что нашей директрисе давно пора придумать кликуху? – Она перегнулась через меня, чтобы ударить ладонью о ладонь Джови.
– По-моему, у неё родится или Дракула, или мать Тереза, или ещё какая-нибудь знаменитость, – прошептала Джови.
– Наверняка ребёнок будет святым, иначе он просто не сможет противостоять такой мамаше, – фыркнула Зузу.
Я с изумлением переводила взгляд с Зузу на Джови и обратно. Когда они успели так спеться?
– Не ссорьтесь с Зузу, – шепнула Джови мне на ухо. – Я знаю, что вы враждовали в детстве, но мы сейчас вместе ходим на фехтование, и, знаешь, она ничего, когда познакомишься поближе.
У меня голова пошла кругом. Совсем недавно Зузу говорила мне почти то же самое про Джови. Можно даже сказать, сегодня. Ну, смотря как посмотреть на этот день.
– Так вы теперь подруги? – пробормотала я.
– Ну, типа того, – кивнула Джови. – В общем, да.
Я хотела ответить, но тут Джови шикнула, поскольку остальные ребята уже начали угрожающе коситься на нас. Я откинулась на спинку кресла и тут вдруг заметила, что директриса смотрит прямо на меня. Абсолютно никто не хотел бы оказаться на плохом счету у нашей Чень.
– Ну что ж, – раздражённо процедила директриса, – позвольте без лишних слов представить вам ведущую одной из самых долгоиграющих образовательных программ общественного телевидения. Это не кто иной, как Шейди Сэйди, учёная леди!
Из динамиков загремела музыкальная заставка к моей любимой передаче, и я испытала глубокую признательность кротовой норе, благодаря которой моя мечта сбылась. В соседней версии истории-нити это было бы невозможно. Но каким-то чудесным образом я оказалась именно в той версии Парсиппани, где мой научный образец для подражания находился прямо передо мной.
– Хэштег «умунерастяжимо», – выдохнула я.
– Хэштег «тыочаровательна», – насмешливо протянул кто-то у меня за спиной.
Конечно, это опять был Нед. Я оглянулась, чтобы испепелить его взглядом, но он одарил меня сладчайшей улыбкой и протянул крошечный букетик из пластмассовых цветочков, который достал прямо из воздуха. Страшно смутившись, я взяла букетик под хихиканье Джови и Зузу.
