Дэвид, проводив Мод, вернулся в домик, закрыл дверь на задвижку и прошел в спальню. Вытащил из угла стенного шкафа свой чемодан и распахнул его. Все вещи он уже успел разложить по местам, кроме черной шкатулки. Она одиноко стояла на дне чемодана. Дэвид вынул ее – шкатулка была совсем маленькая, размером с ладонь. Набрав на крошечном замке нужную комбинацию кода, он откинул крышку. В черную подкладку было вставлено золотое кольцо с огромным рубином. Оно было точной копией того, что красовалось на пальце Мод в тот первый вечер за ужином, когда Дэвид только приехал в Карлайл-Холл. Дэвид вытащил кольцо и поднес его к глазам так, чтобы свет от лампы падал прямо на камень. Кольца действительно были похожи, однако камень в этом был более насыщенного красного оттенка. Если ему не изменяла память, рубин в кольце Мод быт такого густого темно-алого цвета, что казался почти черным. А может, то просто игра света?
– Не узнаешь, пока не проверишь, – пробормотал Дэвид и убрал кольцо обратно в шкатулку.
Может, стоит показать его Мод и сравнить кольца? Но пока Дэвиду делать этого не хотелось. Мод начнет задавать вопросы, на которые у него не было ответов. Свое кольцо Дэвид получил от бабушки, которая, вручив ему перстень на смертном одре, лишь сказала: «Надеюсь, ты разгадаешь эту тайну». Прошло уже восемь лет, но Дэвид почти не сдвинулся в поисках разгадки. Про свое кольцо он знал только, что оно старинное, но ни кому принадлежало в прошлом, ни каким образом оказалось в их семье, он ничего не знал. Пока не приехал в Карлайл-Холл и не увидел точно такое же на пальце Мод. А сегодня, когда они прочитали дневник Эмбер и дошли до места, где девушка описывала кольцо, подаренное ей Фредериком, Дэвид окончательно запутался. Кольцо Эмбер передавалось в семье Карлайлов из поколения в поколение и наконец дошло до Мод. Тогда откуда у Дэвида второй экземпляр? Может, кто-то из его предков сделал искусную подделку? Но ведь он отдавал свой перстень специалистам, и те подтвердили его подлинность: настоящее золото, очень редкий огромный рубин. Ювелир утверждал, что кольцо было изготовлено не позднее XVI века. Дэвид не мог понять, каким образом его кольцо связано с графским родом Карлайлов, ведь не мог же какой-то древний ювелир сделать идентичные кольца – одно для Карлайлов, а другое просто так, продав его кому попало. Да и кольцо это было не из дешевых, а Дэвид знал, что в его роду никогда не было богачей. Лишь его отцу удалось сколотить кое-какое состояние, а до этого все Трайтоны прозябали в бедности.
Дэвиду всегда была интересна история кольца, которое вручила ему бабушка. Он даже пытался составить генеалогическое древо, но не особо преуспел в этом деле. Узнал только, что Трайтоны перебрались в Канаду в конце XIX века, а откуда – разведать не удалось.
На душе было тревожно. Не только из-за колец, но и из-за Мод. Дэвид знал, что, влюбляясь в леди Карлайл, он совершает огромную глупость. И хотя он чувствовал, что Мод тоже тянется к нему, он боялся, что впереди их ждет масса проблем. Артур Карлайл только с виду был мягким и дружелюбным. Чутье подсказывало Дэвиду, что он ввязывается в опасную игру, что ему стоит держаться подальше от графа, а тем более от его молодой жены. Все его инстинкты кричали бежать, забыть про Мод и про Карлайл-Холл. К сожалению, Дэвид никогда не был осторожным или трусливым. Ему нравилась Мод. Даже больше, чем нравилась. А после сегодняшнего вечера он понял: из Карлайл-Холла он уедет только с ней. Но Мод отсюда просто так не сбежит, пока не узнает всю историю до конца. Любопытство сгубило кошку. Так, кажется, принято говорить у англичан? Дэвид чувствовал, что они с Мод превратились в тех самых любопытных кошек, а Артур Карлайл был тем, кто расставил на них капкан.
Артур вернулся через два дня и почти сразу они с Дэвидом заперлись в его кабинете, где начали обсуждать этапы восстановления Карлайл-Холла. Когда мужчины наконец-то освободились, Мод пригласила их в библиотеку, чтобы перед ужином скоротать время и выпить по аперитиву. Артур удивленно взирал на расставленные вдоль стены картины.
– Это те самые, что ты обнаружила в восточном крыле, как я понимаю, – голос его был полон безразличия, но Мод удалось уловить в нем дрожь.
– Да. Красивые, правда?
Артур задумчиво уставился на картины Эмбер Фрайерс, усевшись в кресло напротив. В другом кресле расположился Дэвид, а Мод разместилась на диване.
– Посредственные, – хмыкнул Артур.
– Да брось! – Мод услышала, как ее собственный голос зазвенел от негодования. – Они прекрасны.
– Видно, что писал их не профессионал, – возразил Артур. – Никакой техники.
– Техники, может, и никакой, зато в них есть душа. Они полны жизни.
– Душа? – засмеялся Артур, окончательно выведя Мод из себя. – Не думал, что ты так сентиментальна.
– А вы что думаете, мистер Трайтон? – ища поддержки, нахмурившаяся Мод обратилась к Дэвида.
Тот вздохнул, сделав изрядный глоток хереса, и сказал:
