В обеденный час «Мастерская Тарнетта» обычно пустовала – большинство горожан направились в пабы и чайные. Рулоны тканей были разложены аккуратными рядами, а платья заботливо развешены на вешалках вдоль стен. Но по сравнению с хаосом в ателье Меранды здесь царил идеальный порядок. Я сняла с вешалки темно-бордовое дневное платье и прижала его к груди. Цвет явно мне не шел, да и размер маловат, но на Кейлин платье сядет идеально.
– Что думаешь? – поинтересовалась я.
Кейлин провела пальцем по кружеву на дерзком вечернем платье с оголенной спиной.
– Какая разница, что я думаю?
– Ну давай. Пожалуйста? – Я почувствовала укол совести. Простит ли меня сестра, узнав, что я задумала? Она наверняка расстроится, что меня не будет рядом целый год. Но зато с ней будет Роберт, готовый поддержать ее и утешить.
Кейлин вздохнула:
– Оно великолепно.
Все платья, к которым Кейлин проявляла хотя бы малейший интерес, я складывала в стопку вещей, которые оплатит лорд Тренч. Портниха бегала за мной вприпрыжку, то и дело снимая платья с вешалок и манекенов. Когда гора из платьев едва не начала сваливаться с прилавка, я решила, что мы купили достаточно.
Я достала из сумочки сложенный листок бумаги и вложила его в руку работницы ателье.
– Я бы хотела, чтобы все платья ушили по этим меркам.
Портниха нахмурила тонкие брови.
– У нас есть ваши мерки, леди Эйвин.
– Нет, это не те мерки, – тихо сказала я, чтобы Кейлин не услышала. – Воспользуйтесь моими заметками.
После мы направились к модистке, которая шила мне свадебное платье. Я сказала ей, что сменила режим питания, состоявший из чая и черного хлеба, и попросила ушить платье по новым меркам.
Следующим местом в списке – и моим любимым – была цветочная лавка, перестроенная из часовни. Пьянящий аромат роз тут же наполнил воздух. Я коснулась мягких, как перышко, лепестков гортензии. Любимых цветов моей сестры.
– Церковь украсим гортензиями, и свадебный букет тоже будет из них. – Я повернулась к Кейлин с букетом в руках, и лицо Кейлин вытянулось от удивления.
– Не лучше ли выбрать твои любимые цветы? – вздохнула она.
– Мне кажется, белые цветы на свадьбе – это классика.
Глаза Кейлин наполнились слезами. Боже, благослови Кейлин. Ее доброе сердце разрывалось от боли, и все-таки она сквозь слезы улыбнулась мне:
– Они великолепны.
Я заказала букет и цветочные украшения для церкви, прекрасно зная, что меня на свадьбе не будет. Закончив, мы вышли из лавки и отправились на рынок.
Торговец рыбой, стоя за прилавком, размахивал руками, зазывая покупателей купить остатки свежего улова. Фермер Уоррен перевязывал бечевкой букеты и клал их на землю рядом с корзиной покрытого землей картофеля.
Кейлин направилась к экипажу.
Когда я осталась стоять на месте, сестра обернулась, вопросительно взглянув на меня.
– Мне надо забежать к мадам Меранде, – сказала я.
– Зачем? Ты накупила платьев на год вперед.
– Для чего-то особенного.
Закатив глаза, Кейлин поплотнее запахнула плащ поверх потрясающего изумрудно-зеленого платья.
– У меня болят ноги. Я пойду к Патрику. Подожду тебя в карете.
Я почувствовала вкус ее обиды, горький и кисловатый, как запах эля, который доносился из паба на противоположной стороне улицы.
– Кейлин. – Я схватила ее за запястье. – Ты ведь знаешь, что я не люблю Роберта, правда? Я не собираюсь выходить за него замуж. – Я поклялась своей сестре, себе, горожанам, которые, казалось, не обращали на нас внимания, переходя от прилавка к прилавку. – Я все исправлю. Вот увидишь.
Кейлин кивнула в сторону магазина платьев.
– Но ты только что накупила гору платьев в приданое.
– Отец считает, что это необходимо, а я подчиняюсь его воле, чтобы у него не возникло излишних подозрений. У меня есть план. Я… – Боль пронзила голову, не позволив мне закончить.
Кейлин в недоумении приподняла брови, пока я отчаянно пыталась сказать правду.
– Я должна тебе кое-что рассказать, – тяжело дыша, попыталась я, вцепившись в плечи сестры мертвой хваткой. – Я не… – Мучительная боль снова пронзила голову. Я скорее упаду в обморок, чем скажу правду.
Черт тебя побери, Риан.
Что ты со мной сделал?
– Я все исправлю, – выдавила я, и мой взгляд остановился на кирпичном доме рядом с ателье госпожи Меранды, который, если верить словам несносного принца, снимали посол и леди Марисса.
Кейлин вздохнула.
– У нас обеих связаны руки, – со вздохом сказала Кейлин. – Иди к Меранде. Я подожду тебя в экипаже. – Ее тело было напряжено, когда она обогнула пустой прилавок гадалки и исчезла за углом.
Люди с коробками из пекарни проходили мимо группы моряков, высыпавших из паба и распевавших непристойные песенки. Воздух буквально гудел от весенних звуков – жужжания пчел, трелей птиц и суетящихся по поручениям слуг.
Кирпичный дом манил к себе словно маяк. Я понятия не имела, действительно ли Риан живет здесь, дома ли он сейчас. Но если он был там, я выскажу ему все, что о нем думаю.
