– Целая жизнь, полная страданий, банкротство вашей семьи против одного года смерти. Выбор твой, но, по-моему, здесь и думать нечего.
– Откуда ты знаешь… о финансовых трудностях моей семьи?
– Я считаю своим долгом узнавать всю подноготную тех, кто заключает со мной сделки.
Да, Риан так кратко и по существу перечислил все возможные варианты, что мне нечего было и думать.
И все же… год?
Возможно, для такого могущественного бессмертного, как Риан, год жизни – капля в море, но это были триста шестьдесят пять дней моей жизни, которые я никогда не верну.
Кейлин – единственная, кто будет горевать о моей безвременной кончине и скучать по мне.
– Кого ты будешь мучить, пока меня не будет? – поинтересовалась я, опускаясь на камни.
– Наверное, какую-нибудь сироту. Или убитую горем вдову. Или старика-калеку.
Я подобрала камешек и бросила его Риану в спину.
– Ты невыносим.
Он усмехнулся, не потрудившись увернуться от гальки.
– Я знаю.
– Ты будешь рядом со мной, когда я проснусь?
Его плечи напряглись.
– Нет.
По какой-то неизвестной мне причине я думала, что он скажет «да».
– Но я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности, – продолжил Риан. Он подобрал очередной кусок плавника и стал вертеть его в руках. – И тогда ты сможешь оставить эту малоприятную историю в прошлом и прожить остаток своей короткой человеческой жизни, спокойно копаясь в земле.
– Пока ты не придешь, чтобы получить от меня обещанную услугу.
Улыбка Риана померкла, и он снова уставился на костер.
– Верно.
Год. Один год.
А когда вернусь из мира мертвых, я смогу отправиться… в любое место.
Куда захочу и когда захочу. Я могу остаться на Айрене или уплыть на Веллан. Или на Йодейл. Или даже на соседний континент. Все будет зависеть от меня. Я сама буду решать, что мне делать.
Мой выбор.
Только мой.
Хотя мне нужно будет где-то пустить корни. Место, которое я смогу назвать своим домом. Место, где Кейлин будет навещать меня. И Патрик.
Я закрыла глаза, представляя себе побеленный домик из сна.
– Коттедж на берегу моря. – Я вдохнула соленый воздух. – С садом.
Предпочтительно с двумя спальнями; одна для моей сестры, а другая – для меня.
Но я не отказалась бы и от одной спальни. Мы с Кейлин часто спали вместе в детстве. Мы бы забирались под одеяло, прижимались друг к другу, притворяясь, что мы все еще юны и беззаботны.
Когда я открыла глаза, то обнаружила, что Риан смотрит на меня, склонив голову набок.
– Это мое заветное желание, которое я бы загадала, если бы не обстоятельства, – пояснила я, натягивая подол платья, чтобы прикрыть свои босые ноги, испачканные песком. – Мне бы хотелось иметь место, где я могла бы жить так, как мне заблагорассудится, где бы никто не указывал мне, что делать, что надевать и за кого выходить замуж. – Я бы продавала цветы на рынке и выращивала овощи. Жила бы обычной жизнью, но она бы целиком и полностью принадлежала мне.
– Ты можешь пожелать любую вещь, но мечтаешь о лачуге и цветах? – Фыркнув, Риан подбросил в огонь еще плавника. – Люди не перестают меня разочаровывать.
Я схватила камешек и бросила его Риану в плечо.
– О, всемогущий принц, а какое у тебя заветное желание?
Риан слегка улыбнулся, и на его щеках появился намек на ямочки. Он опустил взгляд на свои сжатые в кулаки руки.
– Давным-давно у меня отняли кое-что ценное. Если бы я мог загадать желание, я бы пожелал, чтобы воровка сдохла в мучениях.
Я понимала, каково это – желать кому-то страдания. Мысли вернулись к леди Энье. Я в течение многих лет ненавидела ее. А теперь, когда ее не стало, поняла, что смерть ничего не исправила.
Не избавила меня от чувства вины.
Не вернула Чарли.
Ее страдания – были только
Они никак не облегчили мою боль.
– Ты выбираешь месть, вместо того чтобы попросить вернуть украденное?
Риан встретился со мной взглядом.
– По-моему, это пустая трата желания, – сказала я и встала, отряхивая юбки.
Пусть Риан и дальше лелеет свои мечты о мести.
Все, чего хотела я, – это лачугу у моря и цветы.
Свинцовые тучи на горизонте выглядели так, будто собирались затопить дождем весь город.
– Ты ужасно бодра для женщины, утверждающей, что она не хочет выходить замуж, – проворчала Кейлин, тащась следом за мной к первой из трех остановок.
– Я пытаюсь не унывать, – ответила я.
Отец подловил меня на веранде и вручил список дел, которые необходимо сделать для свадьбы, которой не суждено состояться.
Когда я закончу с поручениями, хочу заскочить к мадам Меранде. Патрик на днях отвез ей сундук, полный моих платьев, вместе с запиской, в которой я выразила желание продать их. Меранда – единственная, кому я доверяю. К тому же она заплатит справедливую цену. Когда я начну новую жизнь, мне понадобятся средства. У меня было немного сбережений и драгоценности, доставшиеся от мамы. Мне не хотелось продавать их, но, если придется, – продам.
Где-то по пути в город меня вдруг осенило: возможно, Кейлин все-таки выйдет замуж за Роберта. И сейчас я могла планировать ее свадьбу, а не свою.
