– Тебе станет легче, если я скажу, что убиваю только тех, кто заслуживает смерти? – прошептал Риан мне на ухо, отчего у меня по телу прокатилось восхитительное тепло.
– Не всегда, – пробормотал Тайг.
Риан пнул его под столом.
– Осторожнее, парни. – Рори потянулся за бутылкой с омерзительным вином и отпил прямо из горлышка вместо того, чтобы налить в бокал. – Она разозлилась.
Рори вытер рот рукавом.
– Мне нравится, когда она злится, – сказал Риан, подмигнув мне.
Он неисправим.
– Что ты хотел предложить, прежде чем вы увлеклись обсуждением убийств? – спросила я.
Риан одарил меня застенчивой улыбкой.
– Это тоже связано с убийством, не так ли? – простонала я.
Его улыбка стала шире.
Тайг и Рори захихикали точно мальчишки.
Я хотела высказать им все, что о них думаю, но внезапно часы в углу пробили восемь.
Все трое выругались. Рори со стуком поставил бутылку вина на стол.
– Проклятье. Чуть не забыли.
– Эйва! – закричал Тайг, и его голос эхом отразился от высокого потолка. – Эйва!
Риан приложил ладони ко рту и тоже позвал Эйву по имени. Затем к ним присоединился Рори, и они втроем скандировали ее имя, стуча столовыми приборами и кулаками по столу.
Вскоре на пороге показалась ведьма. Сощурив глаза, она направилась прямо к Тайгу и отвесила ему подзатыльник.
– Почему вы снова тут орете, как язычники, призывающие духов?
Тайг схватил ее за запястье и притянул к себе. Он прижался ухом к ее пышному бюсту и уставился на кухарку щенячьими глазками.
– Не покидай меня, Эйва. Ты ведь знаешь, что я жить не могу без тебя. Будь моей женой.
Она шлепнула его по рукам и залилась краской.
– Руки прочь, несчастный пьяница. Я ни за что за тебя не выйду.
Риан встал и взял свободную руку Эйвы. Он отвесил ей низкий поклон и поцеловал ей руку, как королеве.
– Тогда выходи за меня, Эйва, – сказал он. – Я буду любить тебя вечно.
– Плохие мальчики – моя слабость, – хихикнула она и, потрепав Риана по щеке, оттолкнула его прочь от себя. – Но я меняла вам обоим пеленки, и, уж поверьте, мне еще тогда хватило вашего дерьма. Эйвин, согласись, эти двое просто невыносимы.
Я прикрыла рот рукой, скрывая хихиканье.
Риан рухнул на пол и притворился, что умирает трагической смертью.
– А ты что скажешь, зверушка? – Эйва обернулась через плечо и игриво подмигнула Рори.
Он встал и неторопливо подошел к ведьме, а затем подхватил ее на руки и чмокнул в тонкие губы.
– Я не осыплю тебя драгоценностями и золотом, ведь я не королевской крови, но зато не дам тебе уснуть до рассвета.
Эйва запрокинула голову и громко рассмеялась. Ее хохот эхом отразился от высоких окон.
– Вот этот жених мне по душе. – Она погладила Рори по щеке морщинистой рукой. – Я вся твоя. Когда свадьба?
– Сейчас. – Он решительно кивнул и вышел за дверь, держа Эйву на руках. Ее смех еще долго разносился по коридору.
– По субботам мы делаем предложение Эйве, – пояснил Риан, откинувшись на спинку стула.
– Каждую неделю она выбирает себе нового жениха. Но это чаще всего Рори, – пробубнил Тайг, допивая остатки вина.
– Она, должно быть, святая, раз изо дня в день терпит ваши выходки.
Рори вернулся с небольшой корзинкой и плюхнулся на свой стул.
– Боже, храни эту женщину. Я из-за нее скоро в дверь не войду.
– Что она дала тебе на этот раз? – спросил Тайг, потирая руки.
Рори поставил корзинку в центр стола и стянул с нее полотенце. Внутри лежали тарталетки в форме сердечек с грушевым конфитюром. Рори наклонил корзинку ко мне. Я выбрала самую маленькую тарталетку и положила ее на скатерть рядом с пустой тарелкой.
– Обожаю субботы, – сказал Рори, набивая рот тарталетками.
Схватив по сладости, Риан и Тайг промычали что-то в знак согласия.
Десерт оказался настолько божественным на вкус, что в следующую субботу я попрошу Эйву быть со мной.
– Есть еще какие-нибудь традиции, о которых я должна знать?
По пятницам приходила решать споры и платить налоги дану. В субботу обитатели замка сражались за руку и сердце Эйвы. Чем тогда они занимались в остальные дни?
Риан промокнул губы салфеткой и потянулся за бокалом.
– После ужина мы идем в гостиную и делаем ставки.
Отец обычно делал то же самое. Он закрывался с гостями-мужчинами в гостиной, чтобы выпить, покурить и похвастаться достижениями.
– На что вы делаете ставки? – Мне всегда было любопытно, что же происходит в той гостиной за закрытыми дверями. Когда я спросила, о чем разговаривают мужчины, отец сказал, что это не женского ума дело.
Риан поднялся из-за стола и взял меня за руку.
– На все. На смерть, жизнь, дождь, улиток.
Тайг и Рори обменялись взглядами, но ничего не сказали. Мы все вместе направились в гостиную.
– Улиток? – Как можно делать ставки на улиток?
Из главной двери проникал сквозняк, развевая гобелены. Могу поклясться, что изображенная на одном из них женщина с двумя головами смотрела нам вслед. Я не понимала, зачем увековечивать нечто столь кровавое и жуткое. Сражений и войн стоило избегать любой ценой, а победы – не праздновать.
