Роза моргнула, пытаясь понять, не видение ли бабушка Лу. Вероятно, она мираж, ведь это немыслимо, чтобы старая няня Шена появилась из ниоткуда, вооруженная до зубов…
Внезапно бабушка Лу спрыгнула с лошади, сделала сальто в воздухе и ударила Кая ногой в челюсть, уронив его на землю. А потом подскочила к нему и принялась колотить его тростью.
– Ты… же… не… настолько… глуп… – говорила она между ударами. – Я тренировала тебя! Я научила тебя приемам! Но не всем! – Завопив, она использовала свою трость, чтобы взлететь в воздух и упасть вниз с угрожающей скоростью. Она приземлилась на грудь Кая, прижав его так сильно, что он, ошеломленный, упал навзничь на песок.
– Прекрати! – прохрипел он. – Ты знаешь, что я не ударю тебя!
Старуха в мгновение ока вскочила на ноги.
– Кай Ло, я знаю, что ты пытался сделать с братом на фестивале, – сказала она, нависая над ним. – Не смей лгать и притворяться, что ты хороший человек!
– И он только что пытался убить меня! – не сдержалась Роза. Рядом с ней заржала Шторм. – И Шторм! – быстро добавила она. – Он порезал ей ногу!
– Ябеда! – прошипел Кай.
Бабушка Лу снова взмахнула тростью и ткнула Кая в щеку.
– Тебе должно быть стыдно за то, что ты напал на королеву Розу. И причинил боль лошади пустыни. – Она стукнула его по макушке. – Глупый мальчишка!
Кай попытался отбить трость, но та двигалась слишком быстро.
Бабушка Лу снова ударила его.
– Я главная. Я устанавливаю правила.
Роза не удержалась и хихикнула.
Бабушка Лу резко повернула голову:
– Это не спектакль. Исцели лошадь и убирайся отсюда.
Роза опустила голову и быстро выполнила указания. Она не хотела портить отношения с этой пожилой женщиной. Она закрыла глаза, призвала магию и быстро разобралась с раной Шторм. Когда рана зажила, бабушка Лу все еще ругала Кая.
Роза забралась на лошадь и повернулась, чтобы посмотреть на опытную ведьму-воина.
– Вы справитесь одна?
Бабушка Лу разразилась смехом:
– Я даже не вспотела! – Старуха повернулась и хлопнула Шторм. – Пошла! Не останавливайся, пока не доберешься до Анадона!
– Спасибо! – закричала Роза, когда Шторм взлетела в вихре песка.
Рен проснулась поздно и съела плотный завтрак, выпила горького кофе с пирожными, а потом спустилась в библиотеку, где слушала метель, которая становилась все сви– репее.
В двух огромных каминах потрескивал огонь, наполняя комнату восхитительным теплом, стояли диваны, накрытые роскошными меховыми накидками. Рен набрала целую стопку книг – от сборника старых гевранских народных сказок до энциклопедии местных лекарственных трав. Она перетащила все это на ближайший диван, зажгла свечу на приставном столике и свернулась калачиком под одеялом.
Она надеялась найти то, что поможет ей вылечить принца. Но минуты превращались в часы, а день переходил в ночь, и Рен начала терять надежду. Огонь в каминах погас. Ее веки отяжелели, и даже звуки завывающей метели казались колыбельной.
Расстроенная неудачей, она отложила книги в сторону и пошла по первому этажу атриума. Рен увидела вдовствующую королеву, сидящую за стеклянным пианино.
Возможно, дело было в позднем часе или в необузданности, которую приносит отчаяние, но Рен спустилась вниз. Вокруг нее и так все рушилось, какой вред мог причинить один разговор?
– Здравствуйте, – неловко махнув рукой, поздоровалась Рен.
Королева Валеска подняла голову и моргнула, возвращаясь в реальность.
Рен указала на фортепиано:
– Увидела, что вы сидите здесь, и подумала, может быть, вам нужна компания. Вы играете?
Валеска долго смотрела на нее, словно не понимала, кто перед ней.
– Нет, – наконец ответила она, – больше нет.
– Ох, какая жалость!
– А вы?
Рен покачала головой:
– Однажды попыталась, но это не мое. Я предпочитаю матросские песни.
Брови королевы приподнялись:
– Не думаю, что когда-либо слышала их.
–
– Тогда, может, споете одну? – предложила королева, как будто это была вполне разумная просьба.
Рен оглядела темный атриум, отметив, что все солдаты притворяются, что не слушают, сидя в своих нишах, а их звери с сонными глазами лежат у их ног.
Рен задумалась на мгновение. Если завтра она отправится в ад, то с таким же успехом может воспользоваться сегодняшним вечером по максимуму. После дня, проведенного в библиотеке, она чувствовала странное головокружение и приближение истерики.
– Почему бы и нет! – ответила она, приподнимая юбки, чтобы покачиваться в такт мелодии. – Приготовьтесь поразиться. – Она прочистила горло и начала петь любимую матросскую песню:
Рен пела, размахивая юбками, что вызвало улыбку вдовствующей королевы. Она начала пританцовы– вать.
