Спустя час, промокшие до нитки, мы с Джейсоном вернулись в бар «Кузница Лафита». В центре столика, за которым мы устроились, в банке весело плясал тёплый огонёк свечи. Мы пошли не домой к Джею и не в квартиру Фрэнка – после прощальных слов Барнабе просто не смогли, – рассудив, что в баре ураган нам угрожает в той же мере, что и дома. Я опасался только местных мстительных духов, но старался о них не думать. Я зашёл так далеко… Нет, мы с Джейсоном зашли так далеко, что отступать было уже просто неразумно. Я не сомневался, что, пока мы вместе, нам никто не страшен. Вместе… Внезапно я осознал, что, даже когда закончу своё обучение и стану полноправным экстрасенсом, мне всё равно понадобится кто-то, кто прикроет меня. Кто-то, кому я смогу доверить свою жизнь. И этот «кто-то» сидел прямо передо мной. А ещё я вспомнил о Ханне. Дело, которое поручил мне Фрэнк, перестало быть лично моим. Оно стало нашим. А мы, к добру или же к худу, стали одной командой.
– Ладно, Джей, давай подумаем, что это может означать?
Мы снова и снова повторяли последние слова Барнабе:
– Я согласен, что мы должны помочь Лафиту. Ещё и сокровища найдём. – Глаза Джейсона загорелись. – Но о каком кресте идёт речь? Не земля же там крестиком помечена? И что значит «верни клад домой»? И кто такой Дюбуа?
– И в чём заключается проклятие? – Я всматривался в кромешную тьму бара, окружающую нас, но видел только жуткие тени сверкающих за окнами молний. Наша маленькая свеча не могла бороться с целым морем черноты. Похоже, электричество отключили, пока мы ходили на кладбище. Местные тусклые лампы давали не слишком много света, но без них стало совсем грустно.
Снаружи неистово выл ветер, мощный раскат грома заставил оконные стёкла дребезжать так, словно кто-то встряхнул скелет в гробу. Джейсон придвинулся ко мне:
– Так что нам делать, Лекс? Очевидно, что мы тут до конца урагана, и я даже не против. Здесь безопасно. – Гром ударил ещё сильнее. – Ну, относительно безопасно. – Он нервно сглотнул, белки его глаз очень выделялись в темноте. – Надеюсь, мои родители в порядке. Они думают, что мы с тобой остались у Фрэнка. – Джейсон опустил взгляд, но я успел заметить на его лице тень вины. – Если бы они знали, что Фрэнка нет с нами и что мы застряли в баре с привидениями… – Он не договорил, позволив словам раствориться во мраке.
– Они точно запретят нам дружить, – пробормотал я. Мне не хотелось даже думать о возможной потере лучшего друга.
– Не. Они не станут. Они любят тебя, Лекс. А вот меня точно посадят под домашний арест на год. – В глазах Джейсона зажглись озорные огоньки. – Но ты подумай о сокровищах! Оно явно того стоит!
– Ну, если они меня не спросят, я им ничего не скажу, – улыбнулся я. – Кроме того, мы и правда в безопасности. Этому месту почти триста лет. Оно пережило много ураганов. В том числе сильных. С нами ничего не случится. Если твои родители как-то узнают, я расскажу им об этом.
Плечи Джейсона немного расслабились:
– Ты прав. Так что нам делать? Перекопать землянку?
Я постучал пальцами по подбородку:
– Боюсь, Лафит не позволит нам этого сделать.
– Скорее всего. Значит, сначала надо его упокоить?
– Мы попытаемся. – Я достал «Руководство», изрядно промокшее под дождём. – Стоит попробовать молитву, которую упомянул мистер Грейвз, «Об избавлении». – Я пролистал раздел «Печати Царя Соломона», затем «Защитные травы» и наконец нашёл страницу, озаглавленную «Молитвы для духов, привязанных к земле».
Я бегло просмотрел молитвы. Тексты некоторых больше походили на заклинания, нежели на что-то, что мог придумать священник. Интересно, где проходит грань между молитвами экстрасенсов и ведьмовскими заклинаниями? Нужно спросить об этом Фрэнка. Или лучше мадам Моник? Фрэнк говорил как-то, что ведьмы существуют, что они используют магию, в то время как экстрасенсы взывают к сверхъестественным силам через молитвы, обереги и сигилы. Я понимал, что экстрасенсорика и ведьмовское искусство – не одно и то же. Но в чём разница между нашими сигилами и оберегами и их заклинаниями – не видел. Если кто-то и мог знать ответы на мои вопросы, то только мадам Моник.
Спустя некоторое время я нашёл то, что искал:
– Вот она! Молитва об избавлении. – Я прочитал её про себя, чтобы убедиться, что не собьюсь, и глубоко вдохнул. – Жан Лафит, – громко и чётко позвал я и начал читать вслух: – О днях минувших забудь. Что в прошлом осталось – прошло…
– На меня это не подействует, – произнесла темнота прямо перед нами с французским акцентом.
Я вскочил и отпрыгнул назад, от страха опрокинув стул, на котором сидел.
– Ты чего? – Джейсон последовал моему примеру. Его глаза заметались по бару, как у испуганной нутрии, которую мы нашли на болоте прошлым летом.
Дух Жана Лафита появился из проделанного нами в стене отверстия, весь окутанный тьмой.
