– Вот жлоб! – Демон плюнул в сторону забегаловки. – Не будет ему за это счастья. – Он начал водить руками по воздуху, создавая проклятье.
– Что, если у него и впрямь больше ничего нет? – заступился за хозяина Гуэй. – И не забывай, ты первый их обокрал.
– Вот все тебе надо испортить. – Ми Хоу бросил проклинать забегаловку и принял рис и палочки. – Я просто устал.
– Когда ты выучишь другую технику? – спросил у него Гуэй. – Ты же себя назвал князем иллюзии, а из всех возможных применяешь только подмену монет.
– А мне больше и не нужно.
– Признай, ты ничего другого не умеешь.
– Да? – Демон с грохотом поставил чашку на стол, заставив тем самым Сяо Ту подпрыгнуть. – Смотри!
Он совершил несколько пассов, создавая возле себя спираль красной энергии. Что-то прошептав, провел перед лицом руками, будто умывался снизу вверх.
На Сяо Ту смотрел… Сяо Ту!
– Так почему ты этого не сделал, когда нападали на меня? – воскликнул темный мастер.
– А почему я должен был?
– Представь, насколько это облегчило бы всем нам жизнь.
– Только тебе.
– В первую очередь, – почему-то даже не возразил Гуэй.
Сяо Ту был шокирован. Иллюзию было совсем не отличить! Хотя продержалась она недолго.
Гуэй спросил:
– В следующий раз, когда на нас нападет Ма, сможешь сделать так же?
– Еще тебе чего?!
– Господин Хуо Ван, – завороженно спросил Сяо Ту, – как вам это удалось?
– Техника смены масок, – напыщенно пояснил Ми Хоу. – Видел когда-то бянь лянь[30]? Древнее искусство.
– Тогда зачем нужны были накладные борода и живот? – Сяо Ту вспомнил, как Ми Хоу в доме чиновника старательно отыгрывал именитого торговца.
– Я что, по-твоему, настолько глуп, чтобы в Интяне часто пользоваться иллюзиями и магией? Меня и так из-за тебя чуть не поймали.
– Мастер, а вы так не умеете? – прямо спросил Гуэя наивный Сяо Ту.
– И вправду, – смеясь, подхватил его мысль Ми Хоу.
– Эта техника настолько проста, что я на нее даже своих сил тратить не стану, – заявил темный мастер.
– Так я тебе и поверил, – снова засмеялся демон. – Сяо Ту, а голова у тебя правда умная!
– Спать пора, – поднялся Гуэй.
– Не уходи от ответа, – не отпускал его Ми Хоу.
– Ты посмотри, – начал Гуэй, – за целый день работы тебе дали только миску риса. Если продолжишь так болтать, то и вовсе могут в дом не пустить. Так что поторопись.
С этими словами мастер вернулся в закусочную, где им позволили сегодня переночевать.
– А потом упрекаешь меня в том, что я не ищу у людей работу, – крикнул ему вслед демон.
Сяо Ту не знал, что ему делать: скорее доедать и бежать внутрь или можно было все же немного насладиться пустым рисом. Поэтому ждал действий обезьяны.
– Чего на меня смотришь? – спросил Ми Хоу, заметив на себе взгляд писаря. – Ты разве мастера не слышал? Тот, кто опоздает, будет спать на улице. Уж я тебе это обещаю, – оскалился он.
Но никто в эту ночь на улице не спал. В главном зале всем хватило места. Однако без постелей было очень неудобно, спать пришлось на голых деревянных лавках. Гуэй спал сидя, прислонившись спиной к стене, Ми Хоу сдвинул стоявший на помосте низкий столик, за которым сидел утром, и улегся прямо на циновки. А Сяо Ту проспал всю ночь лицом на столе.
Поэтому ранним утром они приняли решение первым делом купить в дорогу необходимое.
– Смотрите! – воскликнул Сяо Ту, – здесь объявление. – Он подбежал к доске возле рынка, на которую, по всей видимости, уставший от жизни помощник мелкого чиновника клеил бумагу. – А зачем они разыскивают человека, сделавшего доброе дело?
– Где ты такое прочел? – поинтересовался Гуэй, подходя ближе.
– Вот, написано: «Всем, кто видел или слышал, приказано доложить о Лю Лоне… – начал медленно зачитывать Сяо Ту. – Этот человек обвиняется в добрых делах».
– Где ты здесь нашел «добрые дела»? – засмеялся Ми Хоу. – Он сплетник! Здесь написано: «Этот человек обвиняется в распространении сплетен»[31].
После его слов мастер просто молча пошел прочь, а Сяо Ту, довольный, повернулся к Ми Хоу и посмотрел на него снизу вверх:
– Я знал, что ты умеешь читать!
Улыбки шире демон еще не встречал. И поняв свою оплошность, поспешил нагнать Гуэя.
– Мне иероглифы приснились. Мастер! Я достиг «внезапного просветления»[32]. Забыл сказать, что именно сегодняшней ночью… Подожди! Небеса увидели мою праведность, и потому я обрел способность читать.
– Череда лжи[33], – разочарованно произнес Гуэй.
– Нет же, мастер, когда я тебя обманывал?
– И после этого ты просишь стать моим братом?
– Я больше так не буду, мастер, клянусь! Только, пожалуйста, не лишайте меня возможности когда-нибудь назваться вашим братом. Даже этого паренька ты назвал своим братом. Почему опять не меня?
– Меня называют князем предательства и вероломства. Уверен, что хочешь стать мне названым братом?
– Да я столько для тебя сделал, даже кончика хвоста лишился! А ты братом называешь тех, кто в трудную минуту и воды тебе не поднесет.
– Вернемся к этому разговору, когда женишься на рыбе.
– Ты и через сотню лет дружбы братом меня не назовешь?
– Через сотню и подумаю.
– Клянешься?
– Обещаю.
– Нет, ты поклянись!
– Клянусь, что обещаю…
