— Так невозможно! — не принял его ответа Ми Хоу. — Кто-то обязательно лучше! Ты только посмотри! Сам император столько не смог бы съесть! А главный повар дворца такое бы не приготовил!
— Будто бы ты ел с императорской кухни. — съехидничала лиса. — Дай я сама попробую.
Нарочно пройдя мимо далеко стоявшего Ми Хоу, лисица толкнула его плечом, но только сама пошатнулась.
Демон же, чувствуя превосходство, оскалился, сложив руки на груди.
Не теряя самообладания, лисица сделала вид, что так и было задумано, и элегантной походкой проплыла к столу:
— Вот только, — захлопала она ресницами, смотря на мастера, — я совсем не могу есть из-за этого кольца. — имела она ввиду всё ещё сковывающее её заклинание.
— Я помогу. — сровняв палочки об стол, Гуэй отломил кусочек кабана, протянув его демонице.
— Не хочу, — скривила она носик, — у дикой свиньи слишком жёсткое мясо. Хочу рыбку. Поможешь? — наклонилась она к Сяо Ту. И томно произнесла: — Маленький кусочек.
Писарь, нервно сглотнув, посмотрел на мастера.
Тот лишь молча кивнул.
Трясущимися руками юноша протянул кусочек рыбы лисице.
— И правда вкусно! — восхитилась та. — Обезьяна! Ты поистине прирождённый повар!
— Спасибо! Спасибо! — раскланялся Владыка. — А ты, — подошёл он к Гуэю, — раз не ценишь, то моей стряпни недостоин! — демон выхватил палочки из руки мастера.
— Вот, сестрица Хэй Ли, — взяв новые приборы, протянул он лисице ещё кусочек. — У красивой женщины и аппетит должен быть хороший…
— Я всегда говорю, лучшие повара – мужчины… — подмигнула и ему лисица.
— Ты её
Ми Хоу сначала замешкался, а потом и вовсе хлопнул палочками о тарелку:
— Ты прав! С этого дня, никакой рыбы! — он схватил тарелку с блюдом.
— Но мы-то на рыбе не женимся! — возразила лисица.
— Всё равно, считай, что родственники. — отставил подальше тарелку с деликатесом Ми Хоу.
— Госпожа Ю, — напомнил Сяо Ту, — была красным карпом[И1] …
— Красным карпом? — засмеялась лисица. — Поверь, братец Ми Хоу, всё, что тебе нужно перестать есть - это креветки. — она снова залилась смехом.
— Юэр не креветка! — воскликнул Ми Хоу.
— Не веришь мне? Пусть мастер подтвердит! — перевела стрелки лиса.
— Мастер? — вопросительно посмотрел на него Ми Хоу.
— Ты разве Хэй Ли не знаешь?! — ответил тот, — Она всего-навсего не терпит конкуренции.
— Хочешь сказать, я лгунья?
Владыка же подошёл к ней вплотную, нависая:
— Пусть Юэр была хоть моллюском...
— Я всего лишь сказала правду. — будто что-то неважное, проронила лиса и, выражая глубокую обиду, отвернулась.
Спор продолжился бы и дальше. Возможно, перерос бы в настоящий поединок, но внезапно с улицы кто-то позвал:
— Здравствуйте! Простите, здесь есть господин Ван Ван?
— Кто это потерялся? — удивился Ми Хоу, снимая фартук. За ним вышли и остальные:
— Мастер, — тихо полюбопытствовал Сяо Ту, воспользовавшись моментом: — Правда ли, что госпожа Ю была креветкой?
— Не слушай Хэй Ли. — ответил он. — Если бы Ми Хоу поверил ей, а не мне, то она смогла бы нас рассорить. Хэй Ли немногим старше брата Чжи. И потому искусно управляет не только телом человека, но и его разумом.
— Не старше, а младше. — возразила ему лиса. — Что до остального – твой мастер прав, — подмигнула она Сяо Ту.
— Братец Сяо! — возгласил странствующий писарь.
— Братец Чан! Как ты нас нашёл?
— Так, по дороге в Учан[И2] , это единственное безопасное место. Когда я подходил, то увидел дым, и сразу понял, что вы тут.
Гуэй скептики отнесся к сказанному:
— Как же ты понял, что это мы?
— Так, а кому ещё здесь быть? — будто иных вариантов и не могло быть, удивился писарь.
Гуэй поднял бровь:
— Хочешь сказать...?
— Да кому до этого есть дело! — перебил его Ми Хоу: — Давай скорее, что принёс!
Стоило только увидеть лицо обезьяны, получившего заветное письмо, ни у кого не осталось сомнений в том, что его написала ненаглядная Юэр.
— Скажи, — обратилась к заклинателю Хэй Ли, — ты когда-нибудь читал с таким же трепетом мои письма?
— Обезьяна неграмотный. — сухо ответил Гуэй.
— Тебе так сложно признать, что ты меня любил? — испытывающе взглянула на него демоница.
— Читал. — коротко ответил мастер.
Удовлетворённая ответом, лисица вернулась в обветшавшее здание.
— Братец Сяо, — спросил писарь Чан, — удалось ли тебе сдать экзамен?
— Оказалось, что его пройти может только тот, у кого много денег. — поделился своим разочарованием юноша.
— А я тебе говорил! — с печальным триумфом отозвался братец Чан. — Если рождён нищим – только нищим и помирать. Ну что ж, удачи тебе, ещё увидимся! — махнул он Сяо Ту на прощание и поклонился мастеру, поскольку распознал в нём знатного человека. После чего ушёл.
— Мастер. — тихо позвал Сяо Ту внимательно наблюдавшего за обезьяной с письмом Гуэя: — Если когда-то Вы были с сестрицей Хэй Ли, то она должна была бы знать и Ваше имя?
— Могла бы узнать, но мы познакомились незадолго моего изгнания со священной горы. Можно сказать, она и помогла мне встать на следуемый мною Тёмный путь.
— Так, Вы избрали этот путь из-за неё?
— Ни за что, — тихо засмеялся мастер, — Но она придала мне решимости.
— А почему Вас изгнали?
