Отказываясь слушать разумные доводы, она твёрдо решила отправиться на поиски героя, что своей добротой, заботой и честностью, покорил лисье сердце.
И пусть она отправится с цепью на шее, и тремя хвостами.
Поэтому, Ми Хоу разбивал скалу, а Сяо Ту, лишённый какой-либо магии, а потому находящийся в большей безопасности от влияния артефакта, изо всех сил тянул.
На обратном пути Гуэю снова пришлось сделать некоторые расчёты и переставить предметы, чтобы иметь возможность выйти и из этого дома.
Все четверо отправились к гробнице госпожи Нань:
— Как-то вы все выглядите не очень. — жалел их Ми Хоу.
— На свои руки посмотри, — указала ему лисица.
— Вот, видишь! — продемонстрировал демон ей разбитые кулаки: — Всё ради тебя! Ты же больше не будешь мне приказывать да? Забудь моё имя, пожалуйста, — упрашивал Ми Хоу.
— Надо было просить до того, как меня освобождал. — обнажила клыки лисица.
— Несправедливо! — топнул Ми Хоу, — О, Небеса! Вы видите эту несправедливость? Я же настоящий герой, и как со мной поступают!
— Может, и Вам нужно исправиться? — вдруг предложил демонице Сяо Ту. — Небеса всегда видят наши преступления и добрые дела. Может, это знак, что нужно измениться?
— Ты сильно умный, да? — не оценила его нравоучений Хэй Ли.
— Сяо Ту, не время. — мягко осадил его Гуэй. — Однако, он не во всём уж так не прав. — всё же подметил мастер: — Они с Ми Хоу, и впрямь тебя спасли.
Лиса остановилась:
— Хорошо, — подняла она три пальца вверх: — Клянусь перед Небесами и всеми вами, что больше не стану называть ваши имена, чтобы себе подчинить. На этом всё. — поправила она привязанную к своему поясу сумку Сяо Ту, в которой лежал второй конец цепи, и широким шагом направилась в гору, но быстро выдохлась.
Нагнав Хэй Ли, ей помог подняться Ми Хоу.
Однако, в гробнице их ждало разочарования, ведь нетленного теля пятой госпожи на месте не оказалось.
— Теперь всё встаёт на свои места. — подытожил Гуэй. — Если вспомнить сказанное Ци эр, тогда я могу предположить, что у пятой госпожи и У Ланя была тайная связь. А значит, и первенец принадлежал вовсе не генералу. Но это самая невероятная версия.
— Почему же невероятная? — возразила Хэй Ли, — Если так долго было сохранено её тело, У Лань проводил эксперименты, а вместе с куклами, изображающими Юн Шэна исчезла и покойная…
— Если они не состояли в заговоре иного характера… — предположил и иную версию Гуэй.
— Раз так, я пойду. Я сделала, что обещала.
В ответ Гуэй с выражением полным печали обнял Хэй Ли:
— Береги себя. И обязательно отыщи брата Юна. А я восстановлю границу в городе, чтобы он мог вернуться в мирный дом.
Хэй Ли с благодарностью посмотрела на Гуэя и, вытерев слёзы, поднялась на носочки, поцеловав его в щёку:
— Не полюби я Юн Шэна, вспомнила бы, каково целовать твои губы.
На этом они и простились.
Конечно, под гримасы передразнивающего их обезьяны и смешки Сяо Ту.
Однако, и эти двое не отказались, обняться с Хэй Ли. Возможно, навсегда прощаясь с только что обретённым другом.
— Надеюсь, — заметил Сяо Ту, — Ци эр смогла улететь.
— Знал бы я раньше, — рассерженно ударил кулаком по воздуху Ми Хоу.
— Думаю, об этом мы не узнаем, — угрюмо вздохнул Гуэй.
Как он и обещал, граница внешнего круга была восстановлена, а на все «Пять пиков» было отправлено сообщение о преступлениях мастера У Ланя. И подобные сообщения было решено повторять из каждого города.
Они продолжили свой путь в Ганьсу.
Отойдя от городских стен, Гуэй достал из своей сумки свёрток, протянув его Сяо Ту.
Юноша недоумевающе посмотрел на мастера, но бумагу развернул. Внутри оказались цветочные конфеты! Подобные тем, что ему не достались в забегаловке.
Тут же к ним потянулся и Ми Хо, однако, получив за это подзатыльник.
— Но я же тоже страдал! — возразил Ми Хоу.
Для него Гуэй достал другой свёрток. Внутри оказалось вяленное мясо:
— Баранина?
— Не нравится – отдай Сяо Ту.
— Ещё чего!
В ответ же Сяо Ту молча протянул обезьяне конфету.
— О, это я буду, спасибо! — аккуратно поддел пальцами мягкую сладость Ми Хоу, и тут же отправил её в рот: — Вкусно! А ты ещё не припрятал? — спросил он Гуэя, — Скажи, ты же и мне купил?
— Тебе мяса недостаточно?
— Но и конфеты я тоже люблю!
— Если бы я купил всем поровну конфет и мяса, как бы вы научились делиться?
— Я понял! — догадался обезьяна. — Конечно нужно делиться! Вот, Сяо Ту, пожалуйста, — кланяясь, протянул обезьяна палочку мяса.
— Спасибо! — с радостью взял и откусил угощение Сяо Ту.
— Ну вот, видишь? — спросил Ми Хоу у Гуэя. — А теперь давай мои конфеты.
— Я же сказал, что не купил.
— Да как так можно?! — возмутился Ми Хоу.
— Ты так ничему и не научился, — выдохнул Гуэй.
— Когда я стану писарем, — пообещал Сяо Ту, — и знаменитым поэтом, то обязательно напишу и расскажу всем о подвигах несправедливо проклятого мастера.
— А мои? — поинтересовался Ми Хоу, — Мои заслуги опишешь?
— Чтобы он вписал в хроники и твое имя, — подметил Гуэй, — научись быть с ним обходительным. А то напишет, что ты был настоящей обезьяной.
