Карешка еле заметно, скрывая от остальных, вздохнула и повела глазами вбок. Веснушка же подарила вопросу подробный ответ:
— Кто проебалась, та и пойдёт покупать.
— Башку оторву, — не агрессивно, а недовольно-удивлённо среагировала Блонди.
— А? — просто переспросила Веснушка.
— Ты чё такая грубая со мной? — предъявила Блонди.
Веснушка набрала воздуха в грудь, но затем молча выдохнула, так ничего и не сказав. А Блонди, не получив ответа, продолжила:
— Блядь, я кошелёк дома забыла, потому что всё утро тебя уговаривала. А теперь ты, сыкушка, меня виноватой делаешь!
— Я сыкушка? — отреагировала Веснушка, — Мне это ебучее сочинение нужно было сдать по-любому! В отличие от тебя, мне его пришлось пересдавать.
— Ну передала же с другой проёбщицей, — резонно констатировала Блонди. — И видишь, всё окей. Ты опять на меня наезжаешь!
Уголёк с некоторой опаской попробовала вмешаться:
— Да не ругайтесь вы…
Блонди сразу её осекла:
— Слышь, мы не ругаемся. Мы ведём беседу, почему я всё время и во всём виновата. — после этих слов она повернула голову к Веснушке и въедливо неспросила: — Да? — и продолжила с явно ложной мягкостью: — Так ведь? Я плохая.
Веснушка буквально зарычала, но затем выплеснула действительно мягкое негодование:
— Я даже злиться на тебя не могу!
Она положила обе руки на плечи Блонди, приблизилась и со всё той же, совершенно неагрессивной и теперь даже шутливой, интонацией сообщила:
— Я щас тебе нос откушу!
Блонди довольно улыбнулась, и только потом сказала радостная:
— Отвали! — и отпихнула Веснушку.
После этого прошли несколько шагов молча. У Блонди на лице отразилось, что она что-то придумала:
— О, точно! — звучно шлёпнула Уголёк по попе. — Я знаю, кто пойдёт.
— Почему? — озадаченно спросила Уголёк.
— Инициатива ебёт инициатора, — рассудила Блонди.
— Да у меня только денег столько нет с собой… — обречённо отозвалась Уголёк.
Веснушка участливо успокоила её:
— Да не переживай, мы сейчас скинемся. — повернулась затем к Блонди: — А кто-то отдаст потом.
— Ха! — съёрничала та в ответ.
Отозвалась также и Карешка:
— Ну я сегодня уже сиги купила, — напомнила она, чуть-чуть волнуясь.
— Это учтём, да, — подтвердила Веснушка.
Блонди уточнила:
— Но если они говно, то ты сама их курить будешь. Мы ради них крюк сделали, они того стоят вообще?
— Да вро́де, — не очень-то уверенно ответила Карешка.
— Ладно, попробуем, — сжалилась Блонди. Покровительственным тоном продолжила: — Мы же тоже согласились. — а далее она самодовольно изрекла то, что показалось ей глубокой мыслью: — Когда привычными запаслись, можно и новенькими побаловаться. — и добавила: — Не загоняйся.
Карешка заметно успокоилась, почувствовав долгожданное облегчение.
Молча они вчетвером продолжили идти дальше. Впереди Уголёк, разглядывающая новую пачку сигарет, и Карешка, оглядывающаяся по сторонам и прикрывавшая эту самую пачку, жестами предлагая оставить обзор на потом. А немного позади Блонди и Веснушка. Они сначала просто шли рядом друг с другом. Затем Блонди с силой, но без злобы, толкнула своим плечом плечо Веснушки. Та повернула в её сторону голову, глубоко наклонив вбок, и взглядом явно выразила терпеливое ожидание новых выкидонов, а также полушутливую-полусерьёзную подготовленность к ним. Блонди же показала ей высунутый язык, просто вредничая.
На улице кроме них так никого и не обнаружилось. Хотя: что с другими людьми, что без них, тут так и было бы, как оно и есть сейчас — тихо и спокойно.
А вот на другой, далёкой, части этой же улицы: где собственно и произошла бойня — вот там соответственно другая совершенно атмосфера. Там монстр всё ещё задумчиво смотрел на голову человека. Тело у неё, конечно, не отросло, но она всё ещё живая! Человек всё ещё оставался жив! Чудище этим безумно раздражено. Оно мстительно попыталось вонзить свой огромный коготь голове в глаз. Но совершенно безуспешно — проткнуть не удалось. Это оказалось невозможным. Ещё более раздражённый, монстр повернул человеческую голову: и воткнул свой коготь — в её ушное отверстие. Результат оказался совсем неожиданным, для обоих.
Александр почувствовал сильную боль, когда его перепонку разорвал коготь. Но далее ощущения сменились. Во-первых, коготь остановился — он завяз, и боли в этот момент уже не прибавлялось. Во-вторых, появилось некоторое новое чувствование: циркуляции своей энергии, и вторжения энергии инородной, а затем и их переплетения. С явным доминированием своей собственной над инородной.
