– Ох, ну не надо только печаль тут разводить, – приобняв Робби за плечи, Макс притянул ее к себе. – Давай, собирайся и пойдем тусоваться. Я тебе не купил подарки на Рождество, поэтому ты можешь сегодня грабить меня, сколько душе угодно.
Девушка подняла глаза и улыбнулась.
– Тогда готовься!.. – угрожающе прошептала она, хитро прищурившись.
Робин Уильямс была настоящей жадиной. Она скупала в магазинах все, что ей было нужно и не нужно было вовсе. Так, за несколько часов интенсивного шопинга на деньги любимого брата, Робби приобрела несколько разных пар кед от Puma из коллекции Fenty, дизайн которых разрабатывали вместе с Рианной, какие-то дурацкие разноцветные колокольчики, приколотые к ловцу снов, гору ярких маек и несколько новых купальников. Макс терпеливо таскался за сестрой от магазина к магазину, периодически издавая мученические вздохи.
Они пообедали в маленьком ресторанчике неподалеку от пляжа. Робин болтала без умолку, а Макс смотрел на то, как мимо прогуливались симпатичные девушки в коротких платьях. Его Санта-Моника ничуть не изменилась.
– Давай вечером посмотрим «Доктора крови»? – пережевывая свой салат, спросила Роббс.
– Я думал, что мы забьем косячек и поедем к твоим парням в забегаловку, – Макс улыбнулся, делая глоток воды. – Ты же еще играешь с ними?
– Нет, – немного расстроено ответила девушка. – А вообще, я хочу опять там как-то выступить… Но, знаешь, меня постоянно фотографируют. Ты же видел этих долбанутых папарацци сегодня?..
Макс кивнул. Улыбка исчезла с его лица.
– Короче говоря, я не хочу, чтобы эта часть моей жизни была на виду, – продолжала Робин. – Я же не какая-то гребаная звезда…
Они оба громко рассмеялись.
Уже в такси по пути к дому Макс думал обо всем, что Робин говорила ему за обедом. Похоже, сама она не очень хорошо понимала, что именно происходит. А он обвинял во всем только себя. Если бы не его дурацкая идея с Джейкобсом… Черт! Девочка могла бы и дальше спокойно жить. В конце концов, он мог бы и сам всем ее обеспечивать. А потом она просто вышла бы замуж за какого-нибудь парня из своей группы. Они хоть и с неба звезд не хватают, зато проповедуют солнце, любовь и мир во всем мире. Эта типичная для Санта-Моники молодая семья жила бы счастливо. А теперь Робин у всех на виду, а ему так редко удается бывать дома…
– Эй, мы приехали! – Робби открыла дверцу такси и улыбнулась. – Блин, я так устала!.. И обожралась, кстати. Это ты виноват.
Макс рассчитался с водителем и тот помог ему достать из багажника пакеты с покупками Робин. Она все время крутилась рядом и что-то тихонько напевала, как вдруг умолкла и вцепилась в его руку.
– Здравствуй, Робин, – мужской голос раздался над самым ухом Макса.
Подняв глаза, старший Уильямс сначала подумал, что он ошибся или его подвело зрение. Но когда Робби залилась краской и тихо пробормотала «Привет, Джек», все его сомнения рассеялись, как туман поутру. Перед ним стоял мистер Джек Уайт, одетый в черную футболку, которая в очередной раз давала всем вокруг возможность убедиться в том, насколько у него огромные руки и плечи. Выглядел Джек каким-то растерянным и помятым. Не таким ожидал Макс увидеть на расстоянии вытянутой руки чувака, который раскачивал Гластонберри одним лишь своим выходом на сцену.
– Ты что здесь делаешь?.. – тем временем к Робин вернулась способность разговаривать. Правда, выглядела она так, словно только что увидела призрака. И продолжала цепляться за руку брата.
– Я хотел бы поговорить с Патрицией, – ответил Джек, искоса поглядывая на Макса. – Она дома?
– Знаешь, она сейчас…
– Патриция Бэйтман больше не живет здесь, приятель, – перебил сестру Макс. – Так что вряд ли у тебя получится с ней поболтать.
– Не припомню, чтобы мы с тобой успели стать приятелями, – Уайт бросил на Уильямса полный ненависти взгляд.
– И правда, – Макс захлопнул багажник такси и вручил Робин пакеты. Затем продолжил, обращаясь к девушке: – Иди домой, я сейчас поднимусь.
– Но… – попыталась было возразить Робби, но поймав на себе ледяной взгляд брата, послушно зашла в дом, даже не взглянув на Джека.
Прошло около десяти минут, прежде чем Макс поднялся в их квартиру, хлопнув дверью. Робби сидела на диване и сжимала в руках маленькую подушку в форме свинки.
– Не расскажешь мне, какие у тебя и Патти дела с этим мудаком?!. – процедил он сквозь зубы. Впервые за долгое время Макс был действительно зол.
–А ты что здесь делаешь? – отвлекшись от крика на сотрудников, Патриция наконец заметила Джареда, гордо восседавшего на подлокотнике дивана в ее кабинете. Он делал вид, что увлеченно роется в телефоне, отстукивая ритм ногой. В повисшей тишине стук казался особо раздражающим, но и он постепенно сошел на нет.
– Похоже, спасаю твоих подопечных от неминуемой гибели, – ответил он, когда девушка закрыла за собой дверь.
– Если бы некоторым из них Гудвин подарил мозги, – в ее голосе вновь поднималось раздражение, – мне бы не пришлось дарить запасную нервную систему.
