– Согласен, – Рене заметил, как тепло и доверительно она с ним разговаривает. В другое время он не преминул бы этим воспользоваться. Но не сейчас.
– И что нам делать? – спросила Селин.
– Не знаю. Она не отвечает на звонки. Она тебе что-нибудь говорила утром о своих планах на сегодня?
– Ни слова, – ответила Селин. – Хотя она была в приподнятом настроении. Такая оживленная и улыбающаяся.
– Он сказал, что видел ее в машине с мужчиной. Есть идеи, кто это может быть?
Селин покачала головой.
– Нет. Ни единой.
– А ты можешь сходить к ней домой? – попросил он. – Посмотреть, дома ли она, и предупредить? Этот придурочный Винс все еще на улице, и я боюсь, что он пойдет за мной, если я выйду.
– Шутишь!
– Хотелось бы.
– Тогда, разумеется, я схожу к ней домой.
– Ты добрая женщина, Селин Бьендон.
– Знаю, – и она положила трубку.
Попросив Арлен, официантку, присмотреть за кафе, она немедленно поехала к Имоджен, но на звонок в дверь никто не ответил. Когда она выезжала со двора, на дорожку вышел Макс Гаскет, и она спросила его, не видел ли он Имоджен сегодня.
– А что-то случилось? – спросил Макс.
Селин покачала головой: «Мне просто нужно с ней поговорить. Ничего страшного. Но разговор срочный».
– Я с ней был вчера вечером, – сказал Макс и, увидев, как Селин выразительно подняла бровь, рассмеялся: – Не в том смысле, конечно. Ей надо было постирать, поэтому мы выпили с ней по бокалу вина вместе, пока машинка стирала. И кажется…
Он сдвинул брови, силясь вспомнить: «Кажется, она говорила что-то насчет поездки в Сан-Себастьян».
– Сан-Себастьян?! С чего бы это? И с кем?
– Не знаю, – ответил Макс. – Это просто так, к слову пришлось. Она вскользь сказала.
– Мне обязательно нужно связаться с ней до того, как она придет домой.
– Зачем?
Селин глубоко вздохнула. Она знала Макса и доверяла ему: он часто приходил в кафе выпить эспрессо после смены в больнице. И его родителей она тоже знала. Месье Гаскет был юристом, а его жена – учительницей в местной школе.
– Кое-кто ищет ее, и я думаю, она совсем не хочет, чтобы он ее нашел, – ответила она наконец.
– Любовник? – заинтересовался Макс.
– Бывший муж.
– Ого.
– Он, похоже, тот еще тип, – сказала Селин. – И мы, Рене и я, не думаем, что будет хорошо, если он застанет ее врасплох.
– Понимаю, – кивнул Макс. – К сожалению, я и правда не имею понятия, с кем она уехала в Сан-Себастьян и где она сейчас может быть.
– Она всегда говорила, что не знает здесь никого и особо ничем не занята, – заметила Селин. – Говорила, что ей нравится жить так, и это понятно, если у нее в прошлом были неудачные отношения. Но, значит, все-таки кого-то она знает.
– А какая была машина, в которой она ехала? – спросил Макс.
– Рене не сказал. Я его спрошу, – она набрала его номер.
– Ты нашла ее? – спросил он сразу.
– Нет. Я возле ее дома с Максом Гаскетом. Ты его знаешь, это тот доктор, который…
– Да, да, я знаю Макса, – перебил Рене. – Но между ними ведь вроде ничего не было, разве нет? Зачем бы она стала с ним секретничать?
– Нет, но она с ним разговаривала вчера вечером и сказала что-то про поездку в Сан-Себастьян утром. Ты знаешь, в какой она сидела машине?
– «Рэндж Ровер Эвок», – сказал Рене. – Белый. Но Сан-Себастьян? С чего бы?
– Не знаю, – ответила Селин. – И Макс тоже не знает. Подожди… – она включила громкую связь.
– Я недавно видел белый «Рэндж Ровер», – произнес Макс. – Около набережной. Дорогая модель.
– И относительно новая, – добавил Рене. – Не думаю, что они делали ее до 2011 года.
– Понятия не имею, чья она может быть, но, если что-нибудь узнаю, дам вам знать.
– Я позвоню ей прямо сейчас, – решил Рене. – С рабочего телефона. Подождите.
Но Имоджен по-прежнему не отвечала.
– Она не могла далеко уехать, – сказал Макс. – Я буду здесь все время днем и вечером, буду выглядывать ее. Если увижу, предупрежу.
– Спасибо.
– Да без проблем. Я уверен, все будет хорошо.
– Надеюсь.
Селин села в машину и поехала в кафе. Она не на шутку волновалась за Имоджен. Тот факт, что подруга утаила от нее факт своего замужества, очень тревожил ее. Не потому, что она считала, что должна все знать об Имоджен и ее личной жизни, а просто Селин всегда подозревала, что та скрывает какую-то печаль. Потеря ребенка объясняла все. Но если она бросила мужа только потому, что была в состоянии аффекта, и если у нее действительно проблемы с душевным здоровьем, то, возможно, они с Рене и Максом только навредят ей, вмешиваясь туда, куда им вмешиваться не стоило бы.
И в то же время Селин верила Рене и его интуиции. Даже когда они были женаты и она бесилась от его непрошеных советов, ей приходилось признать, что он всегда знает, о чем говорит. Она не знала этого мужа Имоджен, поэтому была готова во всем поддерживать подругу, если потребуется. Ведь та теперь стала частью их сообщества. А у них было принято помогать друг другу. Даже людям из другой страны.
