– Но у нас есть время еще разок покувыркаться, – намекнул Рене, но Селин не была настроена на кувыркания и недвусмысленно велела ему быстро одеваться и убираться. Он поцеловал ее в макушку и сказал, что позвонит, а она ответила, чтобы не трудился. Но она на самом деле этого не имела в виду, думал Рене, потягиваясь в постели. Ей этой ночью было так же хорошо, как и ему. Им вообще всегда было хорошо в постели вместе – совсем не это стало причиной их расставания.
От резкого звонка в дверь он вздрогнул и вдруг сообразил, что именно он его и разбудил. Вскочив с постели, Рене натянул футболку и пару шорт, а потом нажал кнопку интеркома.
– Oui[39], – сказал он.
– Рене Бастараш?
– Oui.
– Меня зовут Винс Нейтон. Я хочу с вами поговорить.
Рене зевнул. Он не знал никакого Винса Нейтона, и у него не было особого желания с кем-либо разговаривать, особенно с теми, кто говорит по-английски и вытаскивает его из постели, мешая ему предаваться восхитительным мечтам о бывшей жене…
– О чем вы хотите со мной поговорить?
– О моей жене, – сообщил Винс.
На долю секунды Рене задумался, с кем же из замужних женщин он, черт возьми, спал в последнее время, но потом вспомнил, что по крайней мере за последние несколько недель ни с кем, если только Селин не вышла замуж в тайне от всех. Уж Арт-то точно разболтал бы всем, если б такое случилось. Да и не особо-то она вспоминала о нем прошедшей ночью, если говорить откровенно. Рене улыбнулся, довольный собой.
– Прошу прощения, мон ами, – сказал он. – Но вы, похоже, ошиблись.
– Не думаю, – возразил Винс. – Мне ваше имя назвал… – последовала пауза, затем он снова заговорил: – Бернар Бьендон, владелец ресторана Le Bleu.
– Что? – Рене снова был смущен. Что, черт возьми, творит отец Селин? Он что, узнал как-то, что Рене провел ночь с его дочерью? И пытается теперь втянуть его в какие-то неприятности?
– Я говорил с мистером Бьендоном вчера, и он дал мне ваш адрес и назвал ваше имя. Я звонил вам вчера вечером, но вас не было. Надеюсь, вы были не с моей женой, но не могу быть уверен, что вы не с ней провели эту ночь.
– Слушайте, мистер Нейтон, вы меня извините, – Рене слегка запнулся на незнакомой фамилии, – но я вас не знаю и вашу жену тоже. Вы совершенно точно перепутали меня с кем-то другим.
– А мистер Бьендон утверждает, что вы мою жену знаете, – сказал Винс. – Ее зовут Имоджен.
– Имоджен? – Рене не знал, что ответить. – Имоджен…
– О, я, видимо, наконец, освежил вашу память, – съязвил Винс. – Теперь я могу войти?
– Подождите, – ответил Рене. – Лучше я спущусь.
Что бы там ни было, а он не хотел, чтобы мужчина, которого он не знает, причем мужчина явно сердитый, приходил к нему домой. Взглянув на свое отражение в зеркале, он пригладил пальцами волосы, сунул ноги в шлепанцы и спустился вниз.
Винс стоял у входа в дом.
– Здравствуйте, – поздоровался Рене.
– Здравствуйте, – тон Винса был очень холоден.
– Так чем я могу быть вам полезен? – спросил Рене.
– Вы можете сказать мне, где находится моя жена? – спросил Винс. – Меня не волнуют ваши с ней шашни, я просто хочу вернуть ее домой.
– Простите, но я вас не знаю, – возразил Рене. – И не собираюсь разговаривать с вами об Имоджен, пока не узнаю, зачем вам это нужно.
Винс сунул руку в карман и вытащил свой мобильник. Открыв фотоальбом, он сунул его под нос Рене.
– Это моя жена, – сказал он. – Имоджен. А теперь скажите мне, где она.
Рене стал листать фотографии. Здесь были фото Имоджен, Имоджен с Винсом, Имоджен еще с одной девушкой… А ей больше идет прическа с длинными волосами, когда они каскадом обрамляют ее лицо, подумал он. Но, хотя на всех этих фото она улыбалась, глаза у нее оставались печальными, даже настороженными.
– Разумеется, я знаю эту женщину, – сказал Рене, возвращая телефон Винсу. – Она жила в нашем городе.
– Она и сейчас живет в вашем городе, – заметил Винс. – Я видел ее сегодня утром, она ехала в белом «Рэндж Ровер Эвок». Я думал, что она была с вами. Но раз нет, видимо, в жизни Имоджен есть еще какой-то мужчина. Машина очень дорогая для Франции, возможно вообще эксклюзивная, так что вряд ли у вас в городе найдется много владельцев подобных автомобилей. И, скорее всего, вы знаете, кто был за рулем. Может быть, даже сможете меня познакомить с этим мужчиной.
Рене понятия не имел, о ком говорит Винс, и чрезвычайно этому обрадовался.
– Прошу прощения, – сказал он, – но я не знаю. Я не слишком близок с Имоджен.
– Вот как? – Винс нахмурился. – А мистер Бьендон говорил, что вы вместе играли в буле.
Чертов Бернар, подумал Рене. Неужели он не понял, что у парня не все дома?
– Не мы, – сказал он. – Моя компания. Она работает у меня.
– Какого рода работа?
– Уборка.
– Уборка? Моя жена работает долбаной уборщицей? – Винс был в бешенстве. – И вы ей позволяете?
– Не в моих правилах указывать людям, что им делать, а что нет, – ответил Рене. – Она искала работу, я ей работу дал. А теперь, месье, у меня на сегодня еще очень много дел, так что раз уж я все равно не могу вам ничем помочь…
