– Да откуда же мне знать, ради бога! – в голосе профессора звучало недоумение. – А ее саму вы не можете спросить?
– Могу, конечно, но это испортит весь сюрприз, – сказал Винс. – Я… хочу организовать ей романтическое путешествие на нашу годовщину.
– О, так вы из последних великих романтиков, да? – тон профессора немного смягчился.
– Ну, что-то вроде того, – уклончиво ответил Винс. – Я хотел бы привезти ее туда, откуда ее увезли маленькой девочкой. Но проблема в том, что я не очень знаю, где именно это место. Вот и пытаюсь выяснить у ее друзей, может быть кто-то сможет помочь.
– Я был бы очень рад помочь, – с сожалением произнес профессор Джулиен. – Но это было так много лет назад. Я не помню ничего из того, что она рассказывала мне.
– Но, если бы вы попытались вспомнить, было бы здорово.
На том конце провода повисло молчание. Затем профессор Джулиен снова заговорил, хотя в его голосе отчетливо слышалось сомнение: «Где-то около Марселя, кажется. Она рассказывала про мыло… что-то про то, что там оно особенное и что ее мать покупала его даже в Дублине. Но я совершенно уверен, что не важно, куда именно в Провансе вы с ней приедете, ей понравится все. Это великолепная часть Франции».
– Да, я тоже в этом уверен. Просто хочется быть точным.
– А может быть, кто-то еще может вам помочь? Мать Имоджен, к примеру? Хотя… она же умерла, да?
– Да, – ответил Винс.
– А отец ее погиб еще до ее рождения, это я припоминаю. Очень трагическая история. Но Имоджен была очень позитивная девушка. Всегда готовая помочь, жизнерадостная.
– Она и сейчас такая, – согласился Винс. – Именно поэтому я и хочу сделать для нее что-нибудь особенное. Было бы так чудесно устроить ей сюрприз и привезти ее в дом ее детства.
– Жаль, что я не могу вам помочь, – пробормотал профессор Джулиен. – Хотя…
– Да?
– А она не жила ли в гостинице? Кажется, она мне рассказывала об этом…
– А вы не помните название гостиницы?
– Ну это-то вы точно можете у нее спросить, не вызывая никаких подозрений, – заметил профессор Джулиен.
Винс скрипнул зубами: «Вы правы. Спасибо. Вы очень помогли».
– Да не особо, – возразил профессор. – Что ж, удачи вам в… ой…
– Ой?
– Пансион «Лаванда», – триумфально объявил профессор. – Я запомнил название, потому что точно так же назывался один бар в Лионе, где находился штаб Сопротивления во время Второй мировой войны. Это недалеко от тюрьмы Монлюк, где содержался Жан Мулин. Там много интересных историй было всяких и…
Винсу была совсем не интересна тема французских тюрем, поэтому он перебил профессора на полуслове: «Этот бар… Лион ведь не в Провансе, не так ли?»
– Нет, нет, а вот гостиница в Провансе, по крайней мере, была, ручаюсь. Я помню, как меня тогда поразило совпадение названий! В этот бар попала бомба союзников в 1944 году, но потом его восстановили. Обязательно сходите туда, когда будете в Лионе.
– Я не буду в Лионе, – ответил Винс.
– А зря. Обязательно съездите туда, – настаивал профессор, – когда повезете Имоджен в Марсель. Ей понравится, точно вам говорю. Там всего-то полтора часа на поезде. Имоджен всегда очень интересовалась движением Сопротивления, ей нравилось узнавать о выдающемся человеческом мужестве, о преодолении. Война, конечно, не приключение, но некоторые истории, скажу я вам, почище любого детектива, а ей это нравилось. Я помню…
– Вы мне очень помогли, профессор, – снова перебил его Винс. – Обязательно включу этот бар в программу нашей поездки. Вы вот сказали «когда повезете Имоджен в Марсель». Значит ли это, что вы вспомнили, что она жила в этом городе?
– Ну… не могу утверждать, – заколебался профессор. – Но, кажется… где-то недалеко оттуда, это точно.
– Благодарю вас, – сказал Винс. – Это очень ценная информация.
– Так вы разве не разговаривали с ней об этом раньше?
– Не особенно, – Винс не собирался признаваться, что понятия не имел, что Имоджен когда-то жила недалеко от Прованса. – Она, конечно, кое-что рассказывала мне, но я забыл, а вы же знаете – признаться жене, что вы забыли что-то, что она вам рассказывала, это равносильно самоубийству!
– Что ж, уверен, ей понравится ваш сюрприз, – хмыкнул профессор Джулиен. – Обязательно передайте ей привет от меня и наилучшие пожелания.
– Непременно, – пообещал Винс и повесил трубку.
А потом открыл свой ноутбук и начал искать.
– Не хочешь поиграть в петанк в четверг вечером? – спросил Рене, переходя на «ты», когда Имоджен пришла в агентство после выходных. Она вошла в офис и сразу почувствовала, как ее отпускает напряжение, которое она испытывала весь уикенд, думая о преследованиях Винса и письме Чейни. Но вопрос Рене снова заставил ее напрячься.
– Очень мило, что ты предлагаешь, но я же уже сказала, что не считаю хорошей идеей… – начала Имоджен.
Он ее перебил, подняв руки, как будто сдаваясь: «Нет, нет. Я очень хорошо понял, что ты дала мне от ворот поворот. И это совсем другое! Это никакое не свидание».
– А что тогда? – с облегчением вздохнула Имоджен.
