– Конечно. С этого момента мы с тобой по разные стороны баррикады, – Селин старалась выглядеть серьезно, но в глазах у нее вспыхивали лукавые искорки. – Увидимся позже.
– До встречи!
Имоджен пробивалась сквозь толпу к бару, и внезапно на нее нахлынули воспоминания о таком же вечере игры в буле, только в другом месте. У нее перед глазами встали Агнесс и Берти, которые с ревом и смехом кидали серебряные шары на размеченную площадку. И Кэрол, она тоже смеялась. Это был, видимо, пляж где-то рядом с пансионом. Воспоминание было яркое, но обрывочное: желтый, как бисквит, песок, бирюзовая вода и металлическое звяканье шаров друг о друга.
Более четкое и сильное воспоминание пришло к ней, когда Рене предложил ей рюмочку пастиса. Этот пахнущий анисом напиток очень любили в пансионе «Лаванда». Мать Берти всегда держала графинчик с ним на столике в холле и предлагала гостям бесплатно. Имоджен думала, что это лимонад, до того дня пока мадам Фурнье не разрешила ей отпить глоточек. Имоджен сморщилась, когда сладкий, густой и тягучий ликер обжег ей горло. Кэрол тогда очень рассердилась на старуху за то, что та дала четырехлетнему ребенку алкоголь, но мадам Фурнье только фыркнула в ответ и сказала, что это даже полезно, зато Имоджен теперь понимает, что этот напиток совсем не лимонад, да и дала она ей совсем капельку.
И вот снова этот запах… Имоджен сразу вспомнила его, сделав маленький глоточек.
– Ух, – она сморщилась и поставила маленький стаканчик обратно на стол.
– Добро пожаловать домой, мадам Провансаль, – поддразнил ее Рене. – Петанк и пастис, или буле и ликер, если так больше нравится! Все, что нужно, чтобы ты почувствовала себя снова на юге Франции.
– Да я была совсем ребенком, когда мы оттуда уехали, – Имоджен снова пригубила пастис и снова поморщилась: – Я совершенно точно была мала и для игры в буле, и для подобных напитков.
– Ты в конце концов распробуешь, – заверил ее Рене.
– Очень надеюсь, что нет, – она допила свою рюмочку и попросила минералки.
Рене широко улыбнулся, а затем выпрямился, потому что к ним подошли два человека.
– Энжи! – воскликнул он, обнимая их обоих по очереди. – Рауль!
Имоджен в первый раз видела Анжелику, и та оказалась совсем не такой, как она себе представляла. Вместо ухоженной и пугающе красивой бизнес-леди перед ней стояла маленькая, пухленькая женщина лет сорока с черными кудрявыми волосами и темными глазами. Анжелика быстро чмокнула Имоджен в щеку, а потом сказала, что очень рада наконец познакомиться с ней. Затем она протянула Имоджен ярко-желтый нагрудник с надписью «Команда Бастараша».
– Приз составляет двести пятьдесят евро. «Выигравшая команда получает их и направляет на благотворительные цели», – сказала она. – Мы помогаем бездомным детям, поэтому я хочу выиграть.
– Только не давите, – пробормотала Имоджен.
– Ни в коем случае, – согласился Рауль, в голосе его слышалась уверенность. – Да там делать нечего, все остальные просто безнадежны!
– Мадам и месье! – раздался голос из громкоговорителя. – Пятый ежегодный турнир «Джазкиль Буле» считается открытым! Будьте любезны зарегистрировать команду у стойки.
– Alofs[22]! – Рене чуть подтолкнул Имоджен в спину. – Пойдем и надерем им всем задницу!
Имоджен рассмеялась и пошла за ним к стойке. Селин и пожилая пара уже стояли у стойки регистрации, а с ними высокий, худощавый мужчина со светлыми волосами и серыми глазами – его левая рука была на перевязи. Селин представила супружескую пару как своих родителей, а худощавого мужчину – как Артемиса. По ее голосу и по тому, как она него смотрела, понятно было, что между ними есть отношения. Он вежливо поцеловал Имоджен в щеку, родители Селин приветливо улыбались.
– Мне кажется, вы уже бывали в моем ресторане, – сказал отец Селин. – Что думаете?
– Это было великолепно, – ответила Имоджен. – Кто же сейчас за ним присматривает?
– Адриан, – ответила Селин. – Мой брат, почти такой же хороший шеф, как и папа.
Ее отец бросил на нее уничтожающий взгляд, а затем повернулся к бывшему зятю: «Рене!»
– Бернар! – Рене ответил кивком, а потом учтиво поцеловал в щеку бывшую тещу: – Флоранс.
Затем он повернулся к худому мужчине: «Арт, мон ами[23]. Надеюсь, твое сломанное запястье не станет оправданием вашего проигрыша, ведь это левая рука в конце концов».
– Я уверен, что мы по-любому вас разгромим, – заявил Арт, и Рене слегка похлопал его по спине.
Как это цивилизованно, подумала Имоджен. Она попыталась представить себе подобную сцену, как если бы после расставания с Винсом она пришла бы на такой вот вечер с другим мужчиной и встретила бы там Винса. Что было бы? Уж точно куда более неловко и фальшиво, чем здесь, у них. При мысли об этом ей стало холодно, хотя вечер был теплый. Она не хотела думать о Винсе. Не сегодня.
– В соревнованиях принимает участие шесть команд, – объявил судья. – Каждая команда играет с другими, две первые команды играют друг с другом в финале. Понятно?
Все кивнули.
