— Бросьте! Вы же видели, какая там надежная ограда. Вы просто скатились вниз на пару метров, и все. Еще счастье, что у меня оказался ремень, я ужасно боялась оставить вас — вокруг ни души, надо бежать за помощью, а вы без чувств — мне казалось, что вы скатитесь дальше и тогда...
Ее спокойствие не выглядело напускным. «Вокруг ни души...» А куда же в таком случае тогда делась русская? Поднимаясь, Мюльке должна была ее встретить.
— Разве вам по дороге никто, не попался?
— Нет. — Немка внимательно посмотрела на нее. — А кто мне должен был попасться?
— Ну, я не знаю... — От ее взгляда Даше опять стало не по себе. — Просто показалось странным, что в разгар дня возле пещеры совсем никого не было.
— Возможно, кто-то и был на смотровой площадке или поднимался по обходной дороге, но не буду же я бегать вверх-вниз по горам, когда гостиница рядом.
Об этом Даша не подумала. В самом деле, неизвестная русская могла спускаться и обходной дорогой.
А у нас для вас приятная новость, — в разговор встряла фрау Пикше. — Мы купили вам новую куртку. Вот. — Она достала из пакета большую пуховую куртку.
— Выбирали всем отелем. Это отличная куртка. — Жан-Жак улыбался своей обворожительной улыбкой.
Буклированная голова фрау Пикше ритмично кивала.
— Очень хорошая. Когда Катарина рассказала, что с вами случилось несчастье, мы все очень перепугались, а мужчины сразу же устроили сбор средств, чтобы к вашему выздоровлению вам было в чем выйти на прогулку.
— На прогулку! — воскликнул Жан-Жак. — Да в ней можно штурмовать небо...
— О, нет! Только не это. — Ей только с неба упасть недоставало. — У меня только что был врач. Он сказал, что я должна находиться в покое.
— Но вы ведь не собираетесь следовать его рекомендациям?
Звучало несколько брутально.
— Почему же мне не следовать им?
Сложив руки на груди, Мюльке состроила выразительную гримасу:
— Потому что до праздника всего три дня, дорогая, а у нас еще ничего не готово. Что же касается врачей, то они готовы уложить в постель любого, кто пожалуется им хотя бы на насморк.
— Дамы, но что, если мадемуазель и в самом деле нуждается в покое? — попытался вступиться за доктора Жан-Жак.
— Что за ерунду вы говорите! В покое нуждаются только покойники, — отмахнулась от него Мюльке. — И потом — кто заставлял Дашу рассказывать про русский Новый год? Все уже настолько загорелись этой идей, что легче часы пустить в обратную сторону, чем что-либо отменить.
Раненая невольно рассмеялась. Смех больно отозвался в затылке.
— Ой-ой-ой... — тут же застонала она.
— Бросьте притворяться. Вам все равно не отвертеться. Синьора Клоди заказала себе наряд настоящей Снегурочки. Она целый вечер выясняла, как все должно выглядеть, выпила половину крови из своего портного и теперь ни за что вам не простит, если так и не сумеет воспользоваться костюмом, он обошелся ей в целое состояние.
— Где это она его заказала? — удивилась Даша. — В Москве?
— Почему в Москве? В Милане, разумеется. Завтра уже обещали доставить. Вместе с костюмом Деда Мороза.
— Только она еще не решила, кому его вручить, — голосом профессиональной сплетницы ввернула Пикше.
А Мюльке рассмеялась, кивая головой:
— Представляете, Салино с Дебузье из-за этого костюма чуть не подрались. Вероятно, его получит тот, кто убьет почтальона на подходе к гостинице. — И тут же посерьезнела: — А у нас еще ни текста, ни сценария. Так что, дорогая, даем вам в лучшем случае полчаса.
— А если я не смогу?
— Синьора Клоди вас убьет. Поверьте, она это сделает. Эти итальянки умеют добиваться своего.
Но Даше не хотелось никуда идти. Принятая микстура начала действовать, по телу волнами разливалась приятная слабость.
— Катарина, не обижайтесь, но сегодня я просто не в состоянии. Давайте перенесем все на завтра.
— Ну, не знаю, не знаю... — немка встала, недовольно крутя головой. — Я, конечно, расскажу о вашем состоянии, но большего не обещаю.
— И на том спасибо.
— Ладно, мы пойдем, а вы попытайтесь выздороветь. Идемте, Жан-Жак...
Красавец бармен уже начал подниматься, как Даша встрепенулась:
— Простите, дамы, вы не будете возражать, если я задержу вашего кавалера на пару минут?
Немки развернулись, как по команде. Выражение лица Пикше невозможно было описать.
— О! — только и смогла она вымолвить.
А Мюльке тут же сделала далеко идущий вывод:
— Значит, вот почему вы не хотите репетировать! А вы штучка, однако...
— Нет, нет, вы слишком хорошо обо мне думаете, — зарделась Даша. — Просто кое-что хотела уточнить. Ничего личного. К тому же это займет не больше пяти минут.
— Через пять минут мы проверим, — Мюльке демонстративно вскинула левую руку вверх и постучала по часам.
— Договорились, — Даша послала воздушный поцелуй, намекая, что аудиенция закончена.
Выходя, подруги с жаром что-то обсуждали по-немецки.
— У Катарины одно на уме, но этим она и прелестна, — заметил Жан-Жак, как только дверь закрылась.
— Да, наверное. — Даша приподнялась на подушках. — Жан-Жак, я хотела попросить вас об одном одолжении. Не могли бы вы дать мне номер телефона мадам Хазельхоф.
